— Выйти из гостиницы. Мы можем прогуляться и понять, везде ли выключился свет. Или только здесь.
— И что будет, когда мы это узнаем?
— Не знаю. Узнаем, и всё.
— А зачем нам это знать?
— Может быть, потому, что мы единственные, кто сейчас не спит?
Мистраль задрожала:
— Я не пойду. Слишком холодно.
Они все были в пижамах, кроме Харви, который надел джинсы.
— Мы простудимся, — сказал Шенг.
— Все вещи остались в нашей комнате, — ответил Харви, переглянувшись с Электрой. — Сходите, наденьте что-нибудь теплое. И пойдем в город.
МОСТ
Набережная Тибра выглядела, словно картина, нарисованная углем. Она тиха и неподвижна под белым ковром снега. Строгие здания, скаты крыш, темные галереи, водосточные трубы, опершиеся друг о друга дома, неосвещенные двери.
Все во тьме.
Ребята вышли из гостиницы и направились мимо Святой Сесилии прямо к реке. Их шаги звонко захрустели на свежем снегу.
Шенг — единственный из четверых — не прекращал говорить. Он надел на голову гостиничную шапочку для душа, чтобы не намочить волосы, и хотел убедить остальных сделать то же самое.
— С этой штукой ты похож на психа, — безжалостно произнес Харви.
После взрыва его настроение радикально переменилось. Он кажется более спокойным и более уверенным в себе.
Неспешным шагом ребята дошли до площади Пищинула, где маленькие группы людей обсуждали произошедшее. Они светили себе фарами автомобилей и смотрели на дома, погруженные в темноту. Город остался без света. Компания студентов побросала рюкзаки в снег, желая сразиться в снежки.
Электра выделила из всех слегка растерянную пару и спросила у них, что они знают о катастрофе с электричеством.
— Набережная Тибра в темноте, — ответила дама. — Париоли и Эсквилино тоже. Но есть районы, где ничего не случилось.
— Это все этот проклятый подземный переход, — проворчал мужчина, нелестно высказываясь о дорожных службах. — Вы слышите это гудение?
Ребята прислушиваются и улавливают далекие звуки клаксонов.
— Представляете, что сейчас происходит на дорогах с этим снегопадом и неработающими светофорами?
Мистраль скатала снежок и бросила его в сторону площади.
— Нет, нет. Это плохая мысль! — воскликнул Харви.
— А по-моему, отличная! — сказал Шенг, присоединяясь к Мистраль.
Они стали бросаться снежками во всех направлениях. В ответ им прилетели такие же удары со всех концов площади. Без света фонарей и неоновых вывесок старый квартал Рима кажется театром, с переплетением переулков и спящими дворцами.
— Пойдем посмотрим на Тибр, — неожиданно предложила Электра, как только в воздухе повисла пауза перед новым сражением.
— Далеко отсюда?
— Нет, здесь совсем рядом.