Конечно, с горечью подумала Линда. Еще бы тебе не быть счастливым! Она взглянула ему в лицо. Зеленые глаза смотрели настороженно, и ей вдруг стало страшно. Больше всего на свете Линда боялась потерять его!
— Хорошо, — быстро сказала она. — Давай отложим этот разговор.
Джейк обнял ее, и она положила голову ему на плечо. Некоторое время оба молчали.
— Линда, — наконец сказал он.
— Да?
— Знаешь, я хочу, чтобы ты тоже была счастлива.
Она коснулась руками его щек.
— Я счастлива, Джейк. Ты сделал меня счастливой.
На его лице появилось облегчение. Он крепко обнял ее, их губы снова слились в поцелуе.
Линда уверяла себя, что совершенно счастлива. И пока это ей удавалось…
7
После этой ночи Линда почувствовала, что Джейк стал несколько холоднее относиться к ней. Сначала она решила, что ей показалось, но потом поняла, что ошибки быть не могло.
Перестали появляться цветы, и иногда по два-три дня она не видела и не слышала его. Когда они занимались любовью, Джейк был таким же нежным и любящим, но в остальное время он казался каким-то рассеянным, словно его мысли блуждали где-то далеко. Но самое плохое было не в этом: она чувствовала, что он намеренно воздвигает барьер между ними.
Линда пыталась убедить себя, что всему виной ее бурное воображение: она так боится потерять Джейка, что даже легкие признаки его охлаждения к ней настораживают ее. Потом она стала твердить себе, что самые страстные чувства охладевают со временем. Не исчезают, а просто становятся менее пылкими… Линда постоянно напоминала себе, что любовь предполагает доверие, что она просто не должна больше пытаться говорить с ним о будущем. Ведь Джейк привык поступать так, как сам считает нужным. Естественно, что он сопротивляется любому давлению. Ей необходимо быть терпеливой. Вот и все.
Однако это было легко сказать, но гораздо труднее осуществить.
Однажды вечером, спустя несколько недель после того злополучного разговора, они заканчивали ужин в их любимом вьетнамском ресторанчике. Весь вечер Джейк был какой-то рассеянный. Линда начала было рассказывать, что произошло в тот день в кафетерии, но, взглянув ему в глаза, поняла, что он не слушает ее.
— Джейк! — воскликнула она. — Ты же не услышал ни единого слова из того, что я тебе сказала!
— Извини, — пробормотал он.
— Что-нибудь случилось? — обеспокоенно спросила Линда.
Он пожал плечами.
— Ничего страшного. Просто мне предложили работу, о которой я и мечтать не мог.
Линда улыбнулась.
— Ну и прекрасно! Что же тебя тревожит?
— Не знаю. Может быть, мысль о скорой разлуке с тобой.
— А что, эта работа займет много времени? Но она же не может продолжаться вечно! И я буду здесь, когда ты вернешься. Куда ты уедешь?
— В Новую Зеландию.
Новая Зеландия! Другой конец земли. Никогда еще он не уезжал от нее так далеко. Линда ждала, что он скажет еще что-нибудь, но Джейк молчал, опустив глаза. У Линды появилось смутное чувство, что не только новая работа является причиной его грусти. Было еще что-то.
— Линда, — неожиданно бодрым голосом сказал он. — Давай уйдем отсюда!
В ту ночь Джейк удивил и даже напугал Линду. В том, как он целовал ее, как обнимал, не было нежности. Он овладел ею почти грубо, с непривычным для нее натиском.
Когда он уснул, Линда долго лежала с открытыми глазами. Теперь она окончательно поняла: что-то действительно произошло.