Тундра и ее богатства: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Очень искусно делают туземцы разные мелкие вещи: из оленьего рога или моржового зуба вырезают табакерки и пороховницы, куют ножи из купленных подпилков, а к ножам делают красивые ножны. Женщины вышивают на своем меховом платье разные узоры, так как любят принарядиться. Все жители тундры очень искусны также в изготовлении разных ловушек для ловли зверей и птиц.

Туземцы севера — люди вовсе не такие дикие, как это часто у нас думают. Они управляются хорошо со своими делами, знают и скотоводство и промыслы. Они помогают друг другу в беде, ласково обращаются с женщинами и детьми, не бьют и не мучат домашних животных. В глухих местах тундры часто оставляют на недели стоять где-нибудь на холме нагруженные нарты с мехами и другими вещами. Никогда никто вещей не тронет. Воровства в глухой тундре почти не бывает.

Как жители тундры добывают средства к жизни

Русские, живущие в европейской тундре, а также по низовью Оби и близь устьев Енисея, занимаются главным образом рыбной ловлей. Оленей оседлые жители почти не держат. От рыбы имеют они хороший доход, потому что от этих, сравнительно близких, тундровых местностей есть хорошие пути. Рыбу можно продать и вывезти. Жители селений Канинской тундры промышляют навагу. Это морская рыба, которая зимой идет в реки метать икру. Здесь ее ловят и везут на оленях и лошадях в ближний город Мезень. А из Мезени расходится она дальше, попадает и в Москву. Осенью вдоль всего берега от Белого моря до Печоры ловят семгу. Всякий знает эту ценную рыбу, которую у нас здесь продают соленую. У ней мясо красное. На Оби и Енисее, как мы уже говорили, ловят разных сигов и крупных осетров. Часть рыбы население засаливает для себя, а большая часть идет в продажу.

У Канина и у Печоры русские ходят также в море на морские промыслы. Бьют в море тюленей. Плавают некоторые далеко, на остров Новую Землю. Бьют там медведей и оленей, ловят тамошнюю рыбу, которая зовется голец и похожа на семгу. Многие из жителей северных русских селений, находящихся в тундре, кормятся больше от моря, чем от суши. Но уклад их жизни во многом похож на уклад жизни крестьян наших северных губерний.

Несколько иначе, в других условиях, проходят работы тех русских, которые живут в тундре на востоке Сибири. Вот как проходит работа жителей на низовьях реки Колымы или Анадыри.

С начала весны начинают готовиться к лову рыбы. Этот улов должен доставить запас вяленой рыбы на весь год и для людей, и для ездовых собак. Иногда к весне запасы пищи истощаются, и тогда приходится покупать на еду оленей у чукчей. Если случится неулов рыбы, то селению может угрожать голод. Это все равно, что неурожай хлеба черноземных губерний. Весной дикие олени перекочевывают из лесов на север в тундру и на них тоже охотятся. Добывают с весны и прилетевшую птицу. Но часто бывает в этих глухих местах, что не хватает пороху и свинца. В июне, когда взломает лед, начинают рыбачить. Из зимних селений люди переходят на летники, — в места, выбранные для лова. Ловят рыбу небольшими неводами, артелями.

Достаток семьи измеряется числом собак. Те, которые побогаче, держат две упряжки (24 собаки), а средние жители одну (12 собак). Других домашних животных нет, и без собак невозможны ни рыбная ловля, ни поездки с товаром к чукчам или в другие русские селения. Собак по 12 штук запрягают в легкие длинные нарты. Летом, понятно, езда трудная, грузов вести нельзя. Но зимой на нарту можно грузить пудов 30. Когда едут налегке и сидят только два человека, то собаки бегут быстро и могут пройти без отдыха верст 100. Собаки ездовые — крупные, востроухие, с виду похожие на волков.

В конце лета, в августе, когда лов рыбы окончится, жители опять уходят на охоту за оленями. Зимой ставят всякие ловушки, — промышляют песцов, горностаев, зайцев и куропаток. Муку, кирпичный чай, сахар и иные товары раньше привозили сухим путем из Якутска, а теперь привозят пароходы из Владивостока. В первый раз прошел пароход в Колыму из Владивостока в 1909 году и с тех пор цены на муку и прочие товары в тех местах стали сходнее. Раньше же пуд муки стоил 10 рублей серебром. Но этот морской путь длинный и трудный. Бывает так, что из-за льда на море нельзя пройти пароходу.

Те сидячие жители тундры — чукчи, коряки, якуты или тунгусы, которые живут на месте в юртах или в землянках, живут так же, как русские, промыслами, ездят на собаках или имеют для езды десяток-другой оленей. Но у кочевников-оленеводов строй жизни иной. Главный доход и средства жизни им дают их оленьи стада. Они заботятся о том, чтобы пасти как следует, получать больше приплода и увеличивать стадо.

В темную, холодную зиму самоед со своим стадом стоит на краю лесов, в криволесье, или в настоящих лесах. Олени круглый год живут на подножном корме. Передними ногами олень копает снег, докапывает до земли и щиплет сухую траву, мох, а особенно ягель. Мужчины в свободное время охотятся на белок, ловят горностаев и куропаток. Съедят олени корм в одном месте, — чум переносят на другое. Верстах в 20, а то и ближе или дальше, судя по месту, стоят другие чумы. Стаду нужен простор, — оно далеко расходится, и нужно, чтобы стада не смешивались.

Когда ближе дело к весне, с марта месяца начинают самоеды двигаться к северу. Начинается перекочевка или каслание. Чум разбирают и укладывают на нарты, укладывают все имущество, запрягают ездовых оленей в нарты и едут целым табором, а остальное оленье стадо гонят сзади. Идут с утра, после полудня останавливаются, ставят чум, пасут оленей и ночуют. Проходят в день верст пятнадцать, два дня подряд идут, а потом день или два стоят, чтобы отдохнули и покормились олени.

Так и идет кочевник с семьей и оленями месяц, а то и два, пока не придет в тундру на свои летние пастбища. В апреле и в мае, иногда еще в пути, иногда уже на летних местах, телятся важенки (оленьи самки). Олененок в Архангельских тундрах зовется пыжиком, а в Сибири— пешкой. Шерсть у такого пыжика нежная и мягкая. Из шкурки его делают шапки и меховые чулки. Шкурка стоит рубля 3: их много вывозят самоеды и зыряне на ярмарки в сибирские села. Часто пыжики пропадают от морозов и непогод, а то и колют их для получения шкур. Это один из товаров, который получается от оленьего хозяйства и идет в торговлю.

На летние пастбища в тундру самоеды приходят еще по снегу. Бывают в это время и морозы и бураны. Трудно бывает пасти оленей. Хотя ночи уже светлые, но во время буранов могут легко отбиться и потеряться олени. Иногда нападут волки, испугают и разгонят стадо. Пастухи караулят стадо на запряженных нартах; с ними бывают собаки. Если в семье 2–3 человека мужчин, хотя бы подростков, то караулить легче, — можно чередоваться. Если же в семье один мужчина, тогда труднее. К большому стаду приходится тогда нанимать одного или двух пастухов.

Пока стоит еще зима в тундре, ставят самоеды ловушки на песцов. У каждого самоеда таких ловушек (слопцев) ставится помногу. При удаче поймает он до лета песцов десяток, а то и больше. Бывают, впрочем, годы, когда песца мало, и лов идет плохо. Где есть дикие олени, добывают и их, убивая из винтовок. Больше всего охотятся те самоеды, которые стоят близко от берега моря. На оленях выезжают они на береговой лед, разыскивают белых медведей и тюленей. К медведю подкрадываются они из-под торосов (так называются груды поломанного морского льда) или подъезжают на оленях. К тюленям, которые лежат у своих ледяных нор, подползают, закрывшись доской, поставленной на полозья. Тюлени очень любопытные. Поэтому, когда охотятся два самоеда вместе, они делают так: один ползет к тюленю, чтобы приблизиться на выстрел, а другой встанет далеко, чтобы зверя не стронуть, и начнет петь или кричать. Тюлень глядит с любопытством на человека, который далеко, и не замечает, как подползет к нему другой человек.

К диким оленям в открытой снежной тундре охотник подползает с доской. Охотятся иногда и другим способом. Когда стадо или несколько штук оленей бегут по определенному направлению, самоед скачет на нарте во всю прыть наперерез им. Иногда удается таким способом подъезжать на выстрел. Тогда охотник соскакивает с нарты и стреляет.

Зимой для пастьбы оленей надо выбирать пастбища, богатые ягелем. Когда настанет лето, вырастет трава и оденутся кустарники, кормить стадо легче, так как олени едят зеленый корм. Тогда почти везде в тундре пастбище. Летом оленевод не переходит далеко, так как и корму много, и перевозить имущество на нартах по летнему пути трудно. Зато затрудняет пастьбу в теплые дни обилие комаров. Мучимые комарами, олени бегают с места на место и их трудно удерживать. В комариное время олени худеют. Они вообще жаркие дни переносят плохо. В летнее время стаду угрожает большая беда — падеж. Олени болеют сибирской язвой и копытной болезнью, похожей на ящур. Особенно страшна первая болезнь. Начнут падать олень за оленем, и не успеет самоед оглянуться, уже половины стада нет. А бывает, что и все подохнут. Сибирскую язву теперь умеют прививать, предохраняя тем скот от заболевания. В наших губерниях это делать довольно просто, так как есть дороги, и быстро можно узнать, где появилась болезнь. В тундре такие прививки делать трудно, так как расстояния там больше, и быстро не узнаешь, где стоят оленеводы, и где нужна помощь.

К весне кончается промысел пушного зверя. Шкуры его теперь не годятся. Зато в тундру налетает много птицы. Откочевавшие на темное зимнее время в леса куропатки прилетают обратно в тундру рано, еще в апреле, когда стоят сильные морозы. Когда же вскроются воды, налетает всякая водяная птица, Тогда собирают яйца гусей, казарок и уток, ловят птиц петлями и железными капканами, которые ставят на гнезда. Линялых гусей загоняют в сети или просто бьют палками, когда застанут стаю на небольшом озере. Ловят в реках и озерах тундры рыбу и заготовляют рыбий жир и вяленую рыбу.

К концу лета подрастают пыжики. Они меняют шерсть на более грубую. Такие подросшие оленьи телята называются неплюи. Шкур их тоже много заготовляют в тундре и вывозят на ярмарки. На севере делают из них малицы и совики, а в остальной Сибири — дохи. Платье это теплое и легкое, но мех не прочен, — скоро начинают волосы лезть.

Но лето проходит и надвигается зима. Зашумят первые снежные метели и станет пусто в тундре. Как только начнутся холода и станут застывать воды, улетает постепенно на юг вся птица. Пропадают не только водяные и другие перелетные птицы, но и куропатки попозже отлетают на юг к лесам. Откочевывают из многих местностей к югу и звери — олени и песцы. Еще у берегов моря можно изредка встретить добычу: медведя, тюленя или моржа на льду. Внутри же тундры совсем пусто. Редко где увидишь на снегу след зверя. К тому же подходит зимняя ночь. В декабре только часа два — от 11 до часу дня — светит заря, а остальные сутки темно. Морозы крепкие, бури сильные. Топлива хорошего нет. На берегах моря можно найти кое-где выкидной лес, да и то надо знать, где найти.

А в тундре приходится топить мелким кустарником — ивняком и березкой. А на севере жгут черный лишайник. Он не горит, а тлеет и чадит. Не скоро вскипятишь чайник.

Кочевники не дожидаются темного времени, а как встанет хороший зимний путь, снимаются и идут в дальнюю дорогу. Идут туда же, откуда пришли весной, — на юг, в леса. Там и топливо есть, и от буранов защита людям и оленям, и зимние дни не такие короткие.

Идут так же, как шли весной. Везут с собой чумы и все имущество и гонят стадо. Теперь, по снегу, нужно итти ягельными местами. Кочевник должен хорошо знать местность и пути перекочевок других оленеводов, чтобы не устраивать стоянок на сильно вытравленных пастбищах. На стоянке в чуме собирается вся семья, кроме очередного пастуха, караулящего стада. Посредине чума горит костер, а над ним висит котел или чайник. В котле варится оленье мясо. Но самоеды любят есть его и сырым. Когда заколят оленя, садятся все кругом, отрезают куски мяса, мокают его в кровь и едят. Едят самоеды и другие туземцы также и сырую рыбу. Сырое мясо и сырую рыбу привыкают на севере есть и русские.

В длинные вечера времени много. Женщины, сидя в чуме, работает, — мнут шкуры или шьют платье. А мужчины разговаривают, иногда рассказывают сказки. Огонь догорает и тухнет. Все ложатся спать. В чуме становится холодно. Но оленье платье так тепло, что спать хорошо.

Неделя за неделей идет чум со стадом вперед. На стоянках, при случае, кочевники промышляют зверя и птицу. Переходят, наконец, в те местности лесной полосы, где будут стоять зиму, — до весны и обратной перекочевки.

В тот и другой конец кочевники везут различные грузы. Когда идут в тундру, везут с собой больше, чем на полгода всякую провизию: муку, сухари, масло, чай, сахар. Когда идут обратно из тундры, провизии остается уже мало. Вместо нее везут шкуры взрослых оленей, неплюев и пыжиков, шкуры пушных зверей, иногда тюленье сало, оленье мясо, рыбу. Товар этот везут они для продажи.

Дело в том, что, придя в полосу лесов, самоеды останавливаются не очень далеко от северных сел и городков, в которых бывают ярмарки. Ярмарки бывают обыкновенно около святок. Кочевники оставляют стада на пастбищах под надзором своих семей или пастухов, а сами с несколькими гружеными нартами едут на ярмарки и там продают свою добычу или меняют на товар.

Пройдут ярмарки, на которых самоеды запасались провизией и товарами. Кочевники вернутся к местам зимних стойбищ, — туда, где остались их стада. Там живут приблизительно др марта месяца, промышляют в лесах белок и иных пушных зверей, ловят зимнюю птицу. В марте начинают собираться в долгий обратный путь — в родную тундру.

Вот так и проходит вся жизнь кочевников. Совсем так же, как перелетные птицы, делают они в год два больших переселения: осенью с севера на юг, весной с юга на север. Кочуют они так потому, что жизнь их тесно связана со стадом. Куда нужно перегнать стада, туда они и переселяются.