Это рождались на высоте, на виду у всего лагеря, леса и реки. Новые Правила Поведения, из которых Первое было уже ясно: Спрячь Свою Слабость и Показывай Положительный Пример!
— Ой! — спохватилась она чуть погодя. — Вовчик, ты где?
Он спрятался за трубу и глядел оттуда одним глазом.
Вечером она впервые разрешила себе уйти из спальни погулять. Лес позади лагеря узкий, прозрачный, и его легко можно пройти насквозь. Но была там одна тропинка, которая оканчивалась тупиком. Не росло вокруг ни грибов, ни ягод — значит, тропинку эту протоптали люди, которые ходили в лес только затем, чтобы быть вдвоём. И Зина вдруг поверила, что в следующий раз она придёт сюда тоже вдвоём. Может быть, с Нюркой. А может — с Виктором. Она будет говорить о Печорине. Она всегда была немного похожа на Печорина… «И ты — тоже?» Или про музыку. Как хорошо написано в книжке «Жан Кристоф»! «Ты, Витя, конечно, читал? Ты, наверное, хочешь быть композитором, да? Жаль только, в этой книжке много про любовь. Напрасно писатели про неё так много пишут — это совсем неинтересно, — скажет она. — А знаешь, у меня есть правила: «Новые Правила Поведения…»
Обязательно в следующий раз она будет здесь не одна. С Виктором… Или с Нюркой.
К близнецам приехала бабушка, привезла им банку малинового варенья. Бабушку сначала не хотели пускать — родительский день воскресенье, а не среда, — но она упросила. Зина в это время как раз ушла в Нюркину палатку списать песню про октябрят.
Возвратившись, увидела: весь отряд столпился в палатке вокруг близнецов; брат сидел на чьей-то койке, обхватив руками и ногами литровую банку с вареньем, а сестра, стоя на коленках позади него, старалась просунуть в варенье руку; он отталкивал её головой и плечом. Оба орали:
— Моё!
— Нет, моё!
Щёки их, все четыре, были разукрашены пятнами малины.
Над ними смеялись, но не очень весело: другим малышам тоже хотелось сладкого.
Зина стояла незамеченная и чуть не забыла про свои правила, такая брала её злость. Ей хотелось просто схватить близнецов и отшлёпать. Вот противные толстячки! Рабы варенья! Наверное, при коммунизме и варенье будет общим, а главное, не будет жадных людей. Даже знать не будут, что это такое — жадность… «Но почему я стою?»
— Бей их, ребята! — закричал «верхолаз» Вовчик.
— Нет, нет, не смейте! Мы сделаем лучше. Мы… мы сию минуту устроим пир на весь мир, а их не возьмём!
Близнецы затихли, прислушиваясь.
— А где мы что достанем, — спросила долговязая девчонка Линка, посасывая кончик косички. — У нас же в магазине всё невзаправдашнее…
— Закройте глаза! — скомандовала Зина и мигом сбегала за своим рюкзаком.
— А теперь откройте.
Появились конфеты — ура! — печенье — ура! — джем, колбаса, копчёная рыба — ура, ура, ура!
Брат-близнец уронил банку, варенье липкой лужён потекло под раскладушку.
Вот что бывает, когда человек создаёт себе Правила! Вот он — ПП, самый настоящий Положительный Пример! Победа, победа!
Зина ходила по лагерю, чертила ногой на песке — ПП, мурлыкала себе под нос…
А во-он Виктор, бежит прямо к ней. Теперь можно заговорить с ним. Рассказать обо всём!.. Вот здорово бы вышло!
Виктор добежал, схватил её за руку:
— Бежим скорее в столовую — там твои чада отказались от обеда. И в палатке у тебя — грязища, дежурные поставили двойку. Ох, и влетит же мне за тебя!
От неожиданности у неё перехватило горло, она ни слова не могла сказать.
— Ещё заплачь на мою голову, детсад!
Потом её вызвал директор. Она хотела было объяснить, но после разговора с Виктором объяснения не получалось.
— Но они ели раньше… Они ели, чтобы всё было общее… А, вы всё равно не поймёте!
— Расскажи толком — может, и пойму. Эх ты, воспитательница! Нельзя же устраивать беспорядок. Подождала бы хоть, пока уедет эта настырная бабка, а то она забрала своих внуков и собирается жаловаться на наш лагерь в облоно. Нехорошо.