Пробуждение: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Он заваливал старых монахов вопросами. Одни с удивлением смотрели на него, другие — со страхом, но никто не мог сказать ему ничего толкового. Он не вылезал из библиотечного подвала, снова и снова перебирая все старые рукописи, каждый листочек или более-менее целый клочок бумаги. Его необычное и неуемное любопытство не осталось незамеченным. Старый аббат вынудил его поведать свою историю, намекая, что давно уже знает: Степан выдает себя за другого.

Тогда-то Степка, будучи уже тридцатилетним мужчиной, и спустился снова в подземелье, чтобы достать давно припрятанный там ящичек. Он рассказал аббату всю правду о своих скитаниях, о встрече с Фредерико и о его странной смерти. Аббат слушал его очень внимательно, не перебивая, только хмуря густые седые брови. Он не задавал никаких вопросов, ничего не уточнял и не комментировал. А когда Степка принес эту злополучную шкатулку, аббат, не задумываясь, легко разрезал свою дряблую ладонь и приложил окровавленную руку к металлической крышке шкатулки, и та с тихим щелчком открылась.

Глава 16

— Зигфрид, что ты здесь делаешь? — удивленно спросил Макс, садясь в машину, и ошарашено разглядывая друга в салоне собственного автомобиля. — Как ты тут оказался?

— Поехали, — буркнул немец, тупо уставившись в лобовое стекло и полностью игнорируя вопросы Макса.

— Куда?

— Домой. Поехали домой, — не поворачивая головы, шепотом произнес Зигфрид.

— Что с тобой? Ты случайно не заболел? — Макс потянулся рукой, чтобы дотронуться до лба Зигфрида, но тот шарахнулся от него, как от прокаженного, ударившись головой в окно автомобиля. — Извини, я просто хотел…

— Поехали домой, — перебил его немец, потирая место удара. Макс заметил, как дрожат его руки.

— Ну, как скажешь, — изумленно произнес он и завел машину.

Макс всю дорогу косился на бледного друга, ничего не понимая, но вопросов больше не задавал и старался не делать лишних движений.

Как только они вошли в квартиру, Макс, схватив Зигфрида за рукав, силой затащил на кухню, и толкнул на стул.

— Рассказывай, — приказным тоном бросил он, когда немец занял более-менее удобное положение на высоком барном стульчике. — Что с тобой случилось? Утром, когда я привез тебя в школу, ты был нормальным, как всегда язвил и паясничал. Что могло произойти за эти несколько часов, ты стал на себя не похож? Все время молчишь. Не даешь даже к себе прикоснуться!

— Ты хочешь ко мне прикоснуться? Это что-то новенькое, — вымученно улыбнулся немец.

— Не паясничай, — рявкнул Макс, а Зигфрид только покачал головой.

— Ты уж определись.

— Черт, Зиг, что случилось?

— Не знаю. Я ничего не знаю.

— В смысле не знаешь? — оторопел Макс.

— Я ничего не помню. Совершенно ничего. В голове пусто, как… — застонал немец, сжимая виски трясущимися руками. — Черт, я не помню, что со мной сегодня было. А стоит только начать вспоминать — все мысли разбегаются от жуткой боли, и я боюсь, что могу потерять сознание. — Зигфрид сжал кулаки, стараясь унять предательскую дрожь в руках. Он еще сильнее побледнел, а на лбу выступила испарина.

— Так, Зигфрид, успокойся. Не нервничай и не паникуй. Этому есть какое-то логическое объяснение, — профессорским тоном, проговорил Макс, усаживаясь напротив друга.

— Какое объяснение? — немец нервно хихикнул. — Я ничего не помню, понимаешь? Мою память, как будто стерли или…

— Заблокировали, — закончил за него Макс.

— Заблокировали, — повторил Зигфрид и нахмурился. — У тебя есть что выпить? Вино осталось?

— Какое вино? Я лучше кофе тебе сварю.

— Нет. Сейчас мне нужен алкоголь, а не кофеин. — Зигфрид потер рукой хмурый лоб и скривился, когда задел недавнюю шишку. — А лучше и алкоголь и кофеин в одном флаконе и побольше.

— Ясно. — Макс поднялся и, открыв навесной шкаф, достал небольшую бутылку коньяка и пузатый бокал, в который тут же плеснул янтарную жидкость, и дрожащая рука немца потянулась к выпивке. — Что ж, пожалуй, кофе я тоже сварю.

— Спасибо, — тихо сказал мужчина и залпом выпил коньяк.

Зигфрид вполголоса ругался на разных языках, пока Макс варил кофе и косо поглядывал в сторону взлохмоченного друга. Немец уже сам наливал бокал за бокалом, выпивая крепкий коньяк залпом, и не закусывая.

Макс разлил готовый кофе в две чашки и перенес их на барную стойку. Зигфрид тут же плеснул себе изрядную порцию коньяка в горячий напиток.