Образ жизни: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Повариха детдомовская. Нет, искать надо не Полину Ивановну, а заведующую. Можно узнать, что кроется под Г и П?

— Если жила в Казани и была прописана. Запросим. Удивляюсь вашему спокойствию. Я и то больше разволновалась.

— Я же говорил — добрая душа. Повезло мне с вами. Без вас я бы так и не узнал, кто же я на самом деле.

— Вы преувеличиваете.

— Не скажите. Вы же историк. В нужное время, нужный человек на нужном месте. Хоть вы и моложе, быть вам моей крёстной.

Аня совсем смутилась. — Скажете такое.

— Насчёт матери не удивляйтесь. Обида детская давно прошла, а радоваться пока нечему.

На этот раз Казань ответила быстро. Если Кислая Галина Прокофьевна вернулась в Киев, разыскать её будет просто.

Двенадцатого мая Пётр зажёг свечу, долго сидел, перебирая в памяти свою жизнь, выпил бутылку коньяка и уснул спокойно. До отпуска и поездки в Киев осталось три месяца.

Пётр воспользовался опытом бывалых командировочных: вложил в паспорт красненькую купюру и протянул его ухоженной даме, отгородившейся табличкой «Мест нет.»

— Посмотрите, должна быть бронь.

Дама раскрыла паспорт, смерила Петра оценивающим взглядом.

— Люкс возьмёте?

— Да. Пожалуйста, пока на трое суток.

— Платить будете за сутки или сразу?

— Сразу. — Небрежно, с видом набоба. Сработало!

В люксе огляделся, плюхнулся на широкую кровать, раскинул руки и сказал вслух беззлобно: — Заходите, Полина Ивановна, полюбуйтесь на сыночка. Неплохо устроился. Правда?

Галина Прокофьевна жила недалеко от центра. Судя по возрасту, уже не работала. Пётр бегом поднялся по стёртым мраморным ступенькам на четвёртый этаж и остановился перед дверью отдышаться. Прочитал сколько раз звонить Кислой Г.П. и позвонил. — Кто там? — спросили за дверью. — Воспитанник ваш, Петя Коваль. — Седая женщина пристально смотрела на него из темноты. Сказала глухо: — Входи, Петя.

Говорили долго, спокойно, уютно… Пили чай с вишнёвым вареньем. Галина Прокофьевна разрезала вдоль большие бублики, мазала половинки маслом, угощала Петра. Постепенно история его рождения обрастала подробностями, становилась зримой, почти осязаемой.

— Первые годы я ждала её. Мало ли куда война могла занести. Другие приходили, а её не было. Лет через десять разглядела её на снимке в «Киевской правде». Писали хорошо, хвалили. Здесь она, в городе. Там и место работы указано.

Пётр смотрел, как Галина Прокофьевна достала из тумбочки потёртые папки, развязала тесёмки, отложила в сторону листы, исписанные выцветшими чернилами, подала ему вырезку из газеты.

— Не удивляйся. Она теперь под другой фамилией.

Странно — ни радости, ни волнения… Рассмотрел снимок, прочитал статью. «Почему я ничего не чувствую?»

— Оставь себе — для тебя берегла.

— Выходит, матери моей достаточно было разыскать вас, поехать и забрать меня, если она этого хотела.

— Выходит так.

Пётр собрал свои бумаги. — Вроде бы всё сходится. Нет только подтверждения, что Петя Коваль попал в Бодьинский детдом.

— Тут нет сомнений, — сказала Галина Прокофьевна, — справки я сама писала. Делила пополам страничку в клеточку, выписывала справку и печать ставила. С вами нянечка поехала. Я ей справки отдала и наказала записать, куда наших детей устроят. Она жила с вами в школе, всех проводила и привезла мне список. Не помнишь её?

Галина Прокофьевна развязала вторую папку, а Пётр вспомнил школьный двор и женщину в синем халате, прикрывавшую рот рукой.

— Да, это она. У неё передних зубов не было. Вот, смотри: Якшур-Бодья и шесть фамилий. Завтра пойдём к нотариусу, заверим моё свидетельство и можешь обращаться в суд.