Абдул-Латиф отвернулся недовольный… Этот хилый мавляна готов, видно, беспрекословно подчиниться ему, в другой раз подобное подобострастие лишь порадовало бы шах-заде, ныне же раздражает.
Интерес Абдул-Латифа к Мухиддину сразу погас. Хотел было отдать приказ Султану Джандару увести пленника, но вспомнил о спрятанных книгах.
— Очевидно, вы осведомлены о числе книг в обсерватории, мавляна?
Собеседник часто-часто закивал, преданно и кротко.
— Тысяч пятнадцать — шестнадцать. Или даже больше, повелитель.
— Какие исчезли, знаете?
— Трудно не знать… Все самые редкие и ценные.
— Надо говорить — самые нечестивые! — чуть вспылив, поправил Абдул-Латиф.
— О, простите меня, повелитель!.. Истинно так! Нечестивые, самые нечестивые книги хранились особо. Среди них те, что доставлены были из Китая, Египта, Индии, Рума… Отдельно хранились книги, написанные теми, кто жил в Хорасане и здесь, в Мавераннахре, их тоже было несколько тысяч, и все эти книги…
— А откуда вам известно, что их вывез Али Кушчи?
Мавляна торопливо облизнул губы.
— Мавляна Али Кушчи собственными устами признался мне в том, повелитель.
— Ив том, что спрятал золото и драгоценные камни, тоже признался собственными устами?
— Истинно так, повелитель, собственными… — Мавляна запнулся.
— Когда это было?! — Шах-заде стремительно подскочил, двумя руками надавил на плечи мавляны Мухиддина, пресекая попытку тоже подняться с кресла. — Говорите, не тяните, мавляна!
— Устод… то есть Мирза Улугбек… нет, султан-вероотступник… — мавляна совсем растерялся, — за неделю… за неделю до… низложения своего поручил Али Кушчи сокрыть… Это греховное дело поручил… А мавляна Али Кушчи осведомил вашего покорного слугу об этом поручении.
Шах-заде выпрямился, вновь скрестил на груди руки.
— С какой же целью он сделал так?
— Чтобы и меня… меня тоже притянуть к исполнению… греховного намерения!
— А вы? Не согласились?!
— Истинно не согласился, повелитель!.. Всевышний уберег…
— Хм… — Шах-заде полуобернулся к эмиру Джандару. Эмир подобрался, вытянулся в струнку.
— Привести Али Кушчи, благодетель?
Услышав это имя, мавляна Мухиддин пугливо посмотрел на эмира. «Не надо, не надо», — молили его глаза.
— Мавляна Мухиддин не виноват, это все дьявол Али Кушчи… — Султан Джандар попытался прийти на помощь сыну знаменитого богача-ювелира.
У шах-заде снова странно запрыгали кончики усов.
— Нет, — сказал он твердо. — Сюда не надо. Отведите мавляну Мухиддина к тому безбожнику! В одну темницу их! Пусть-ка мавляна Мухиддин поговорит с нечестивым Али Кушчи, пусть заставит его признаться в свершенных грехах!.. И уж тогда приведете их ко мне обоих вместе.
Мавляна Мухиддин сполз с кресла к ногам шах-заде.
— Милосердия, милосердия прошу, повелитель!
— Убрать!