Школа сломленных судеб: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Не учи ученого, — толкнула друга кулаком в плечо со смешком Марк. — Детям своим объясняй.

Тимур только улыбнулся. Он еще много и долго рассказывал — мелочи, но так, чтобы у Марка сложилось общее представление о месте, в которое он попал.

— Ты во все вникнешь постепенно, все поймешь, вольешься в колею, — завершил свой рассказ мужчина. — Здесь тоже можно научиться радоваться своей работе.

— Я уже давно ей не радовался, — признался Марк.

— Поэтому ушел в отставку? — спросил Тимур, внимательно глядя на друга.

Они не обсуждали эту тему ни разу — Марк не хотел. А Тим не настаивал, не лез в душу.

— Да, поэтому. Но при этом я не умею ничего другого. Не умею жить по-другому. Но я устал. Устал так сильно, что не передать словами. Даже грустно.

— Я знаю, — кивнул Тимур, снова закуривая. — И страшно. Мы за свою службу видели столько, что на несколько жизней хватит, чтобы просыпать от кошмаров.

— Я просыпаюсь.

— Я тоже.

Они оба в какой-то степени были разочарованы тем, как сложилась их жизнь. Ни семьи, никого из близких, и слабая надежда обрести все это. Это тяжело, трудно, но ведь они действительно не умели ничего другого. И приходилось довольствоваться тем, что есть, искать компромиссы, спорить с самим собой, давить себя даже в какой-то степени. Они на многое уже не имеют права, многое упустили и никогда не вернут, лишили себя обыденных вещей, и даже не понимают, что потеряли. Но трудно уже что-то изменить, когда вся жизнь — взрослая и осмысленная — прошла именно так. Когда тебе уже за тридцать, когда ты видел столько, сколько видели лишь единицы, подобные тебе. Они не заточены под иную жизнь, которая заточила их под себя. Им уже не свернуть с этого пути, не уйти, не забыть, не поменять. И даже оставив службу, как это сделал Марк, ты не начнешь все заново. Тебя все равно затянет назад, в этот ад, без которого ты уже и жизни своей не представляешь. Они слишком глубоко во всем этом увязли, чтобы попытаться выбраться. Именно поэтому Марк согласился приехать сюда.

— Пойдем, — прервал тяжелое молчание Тимур, хлопнув друга по плечу. — Я покажу тебе наш корпус и ученический. Ты еще не все здесь осмотрел.

Страница 4

***

Несколько дней Марк своими глазами смотрел на окружающую обстановку, изучал, приглядывался, понимал и разбирался. Присутствовал почти на каждом из занятий, чтобы уловить суть и смысл. Аналитика и рукопашный бой, программирование и стрельба по мишеням из совсем не бутафорских стволов, психология, анатомия, уроки, где учили думать или делать. И ведь не было какого-то четкого разделения на то, кто ведет занятия и чему учит, за редким исключением. Не было разделения труда и всего в этом роде. Это был действительно один сплоченный организм, который думал и действовал в одном направлении — научить. Неважно как, какими методами и способами, главным был итог. Современное оборудование, тренажеры, компьютеры и прочая техника позволял охватывать очень многие аспекты, расширять кругозор и возможности. Во времена его обучения ничего подобного не было: минимум информации и в бой — практика лучший учитель. Здесь старались привить знания раньше, чем приспичит их применить. И это нравилось Марку, в этом Тим не соврал — они стараются. Пусть как-то по-особенному, но стараются — научить, дать, помочь выжить.

Дисциплина, конечно же, была жесткой, и это мягко сказано. Комендантский час, круглосуточное видеонаблюдение, за исключением спален и ванных комнат. Запрет на мобильные телефоны и интернет, на прогулки в неположенное время и много чего еще. Но как иначе там, где все смотрят друг на друга волком? Где никто не дружит, не любит. Где все бояться и теряются. Где каждый сам за себя. Вполне понятна была здешняя атмосфера — гнетущая, давящая и пугающая. Но и это пытались исправить: развлечения пусть и не блистали разнообразием, но все же были. Как для учителей, так и для учеников. Большая библиотека, в том числе электронная на каждом из компьютеров, в общих гостиных плазмы и игровые приставки — дети есть дети, и условия для них были соответствующими. Общий доступ был в конюшню — верховой езде здесь так же обучали всех желающих. Преподавателям позволялось покидать территорию и развлекаться на свой манер. Для них был предусмотрен общий автопарк, а также отдельный корпус с бассейном, сауной, бильярдной, кинотеатром и всем в этом роде.

***

Через неделю после своего приезда Марк более или менее освоился на новом месте. Привык к изучающим, любопытным, злобным, агрессивным и вызывающим взглядам детей. Познакомился с преподавателями и своими коллегами в более конкретном плане. Их было трое — двое мужчин, примерно его возраста и девушка. Слишком молодая, как показалось Марку — всего двадцать пять. Но при этом ее взгляд был куда старше. Она не была мягкотелой, не была слабой, ни в чем не уступала им, мужчинам, в не менее жестких рукавицах держала студентов. Ева была красивой, умной, но при этом абсолютно холодной, равнодушной. Женственности в ней не было ни на грамм, и не во внешности дело — в поведении, в манере вести себя и держать, в силе характера. Марку она понравилась именно этим — она знала, где находится, и никакой материнский инстинкт не преобладал над ней, что было бы вполне понятно, учитывая ее пол.

— Как давно ты здесь? — полюбопытствовал Марк, когда в один из вечеров они с девушкой сидели в общей гостиной их корпуса и разговаривали.

Тут и там были их коллеги, общались, развлекались на свой манер — отдыхали, как могли после тяжелого учебного дня. Часть отсутствовала — дежурства в ученических общежитиях по ночам тоже было их прерогативой.

— С самого начала.

— Как ты попала сюда так рано? Тебе было всего двадцать, — внимательно глядя на Еву, спросил мужчина.

— Так вышло, — скупо ответила девушка, глядя прямо перед собой.

Марк не стал докапываться — не настолько они еще приятели, чтобы иметь на это право, если захочет — расскажет сама.

— А что привело сюда тебя? — спросила в ответ Ева, глядя на него. — Ты ведь ушел со службы. Жил бы себе припеваючи, завел семью, детей.

— Я не умею этого, и наверно, не хочу, — честно ответил Марк, поднося к губам протянутую девушкой бутылку пива.

— Понимаю, — кивнула собеседница. — Когда приступишь к занятиям?

— Скоро. Я еще морально готовлюсь, — хмыкнул мужчина.

— К этому нельзя подготовиться. Тебе все равно предстоит удивиться.

— Сильно?