— Другие дома ты проверял? — спросил Марв.
— Ага. Они либо пусты, либо… скажем так, живых там нет.
Через несколько минут они взяли передышку — грязь выматывала. Это было все равно, что пробираться сквозь жидкий цемент. Они прислонились к фонарному столбу, обхватив его, словно боясь, что их засосет на дно.
— Что будем делать? — наконец спросил Тони, затягиваясь сигаретой.
Марв вздохнул. — Вернемся ко мне в дом. Отсидимся там вместе с Ферн и детьми. Если найдем еще кого-нибудь, возьмем с собой. У меня есть кое-какое оружие, полевое снаряжение в гараже, если понадобится — лампы, фонарики, печка. Должно быть все нормально.
Разумное предложение, — подумал Тони. Хотя такое же разумное, как и все то, что он слышал в последнее время. Вместе они смогут выжить, пока ждут Национальную гвардию и службы спасения. Он только собирался сказать это, как Марв схватил его за руку.
— Кто-то идет, — сказал он, прислушиваясь к шелесту волн, медленно движущихся в их направлении.
24
Когда Ферн вылила хлорку в слив, случилось нечто невероятное — вместе с пузырящейся, зловонной черной жижей из слива стало вылезать нечто червеобразное. Со словом она не ошиблась, потому что наружу действительно выскользнул червь.
Не змея, как она сперва подумала.
Гребаный червь.
Она отпрыгнула назад, чуть не выронив бутыль «Хайлекса». Из горла вырвался низкий гортанный крик — если б ее губы не были крепко сжаты, это был бы визг. Что еще за чертовщина? Какого дьявола…
Червь выполз из слива, корчась и извиваясь в предсмертных конвульсиях. Он был длиной с ее предплечье, только толстый, мясистый и мерзкий до ужаса. Он изгибался с мощными мышечными сокращениями, истекая студенистой слизью. Как такое большое существо смогло уместиться в сливе, не укладывалось у нее в голове.
Одно было хорошо — он не только испытывал немалую боль, похоже, он умирал.
— Мам, — позвала из гостиной Кэсси. — Ты в порядке?
— Мам? — эхом отозвалась Кэли.
Ферн трясло, на лбу выступил пот. Она поняла, что если сейчас не ответит, близнецы зайдут и увидят то, что видит она. А она не могла этого допустить.
— Ах… да, все в порядке. Просто чищу раковину.
Звук собственного голоса придал ей немного сил, и она подошла к раковине чуть ближе. Червь уже едва шевелился. Что если бы я не вылила туда хлорку? Он остался б в сливе или пришел бы за мной? Вопросы возникали у нее в голове, но она игнорировала их.
Она вылила на червя еще больше хлорки.
Он медленно шевельнулся, и из него вывалилось нечто похожее на клубок желтоватых, спутанных языков. Но, не смотря на его мерзкий вид, хуже всего был исходящий от него пар. Хлорка что-то с ним сделала. Он сморщивался и разрушался, превращаясь в лужу слизи.
С трудом сдерживая тошноту, Ферн длинной деревянной ложкой столкнула червя в измельчитель отходов и включила его. С подступающей к горлу желчью, слушала, как тот с жужжанием перемалывает останки.
Потом выключила измельчитель.
Она стояла, готовая вот-вот грохнуться в обморок, не в силах поверить в произошедшее.
25
Кэтлин увидела в грязевом море двух мужчин, но даже не обратила на них внимания. Словно это были какие-то пни. Ей двигало одно непреодолимое желание — отнести Джесси в безопасное место.
Когда она подошла ближе, один из них вытянул вперед руку, останавливая ее. — Эй… Кэтлин?
Она отшатнулась, зарычав на них. Они не отнимут у нее ребенка. Если попытаются, она убьет их.
— Кэтлин… успокойся… это я, Марв. Марв О'Коннор.
Она пыталась понять смысл сказанного, но в голове у нее творился полный кавардак — какой-то невероятный водоворот из импульсов и эмоций. Он молчала какое-то время. Наконец, склонила голову на бок, как собака. — Марв? — сказала она надломленным голосом.