— Мы не собираемся здесь подыхать! — выкрикнул кто-то хрипло. — Мы должны выбрать капитана!
— Чтоб всякий паршивый минид мне тут еще указывал!..
— Заткни жаберные щели, ты, рыбье отродье…
Роун встал.
— Хватит! — рявкнул он, прорвав гвалт, как хлыст прорывает тонкую ткань. — Можете свернуть свои дебаты по поводу капитанства! Я — капитан! А если вы, тупоголовые, прекратите орать и пораскинете мозгами, то поймете, наконец, в какой переплет мы все попали! Нас тут сорок в шлюпке, а она рассчитана на тридцать, не более! Еды нам хватит на несколько месяцев, но вот с водой и воздухом совсем плохо, системы страшно перегружены, а это значит, что очень скоро мы начнем задыхаться. О ближайшей планете можете вообще забыть — она в девяти месяцах полета отсюда на крейсерской скорости, так что у нас только один шанс из ста…
— Слушай, ты, земной молокосос, — неожиданно попер на него зоргианин.
Роун прикладом ружья от души врезал ему в брюхо, затем выпрямил его мощным ударом в челюсть и отбросил в толпу.
— У нас здесь нет разгрузочного шлюза, — проскрежетал он четко, — и если кого-то придется прикончить, труп девать будет некуда. Поэтому пораскиньте мозгами, прежде чем нарываться на неприятности. — И Роун по-хозяйски уверенно упер руки в бока.
Он был ростом с самого высокого члена команды, темно-рыжие волосы пышной копной горели в резком свете луны, освещавшей переполненную шлюпку. Повернутые к Роуну грубые Линца выражали испуг.
— У кого есть оружие? — командным тоном спросил он.
Послышался шепоток и движение. Роун посчитал поднятые руки.
— Семнадцать. А ножи? — поднялось еще несколько рук с клинками. В образовавшемся арсенале можно было найти почти все — от широких, с зазубренными краями, мачете до грубых, острых, как бритва, серпов, меньше шести дюймов длиной.
— Куда мы собираемся лететь? — выкрикнул кто-то.
— Мы сдохнем на борту этой посудины, — прорезался пронзительный крик.
— Мы не можем высадиться на планету. — Голос Роуна перекрыл остальные. — Мы далеко от дома, без резерва горючего и запасов… — Команда выжидающе молчала. — Но у нас еще есть оружие — две тысячи тонн торпед под палубами и мощный ретранслятор. А всего в нескольких милях отсюда есть пища, вода, горючее и воздух… — Он отступил в сторону, указывая на передний экран с изображением ниссийского корабля, достигшего уже гигантских размеров.
— Мы оказались внутри его защитного поля, — продолжал Роун. — И они наверняка не ожидают визитеров в спасательной шлюпке…
— Что ты имеешь в виду? — прорычал одноглазый член команды. — Ты просишь…
— Я ничего не прошу, — резко оборвал его Роун. — Я говорю, что мы собираемся атаковать ниссийский корабль.
Через пять миль ниссийский крейсер, словно темная луна, заполонил собой весь экран.
— Они не догадываются, что мы рядом, — предупредил Роун. — Их экраны просто не могут засечь такую мелочь. Мы сблизимся с ними и захватим командный пункт управления до того, как они что-либо заподозрят.
— А если нам не повезет?
— Тогда нам придется жрать друг друга и задыхаться в зловонии этой лохани.
— Четыре мили, скорость стыковки двадцать метров в секунду, — отчеканил штурман.
— Сбавь скорость, — распорядился Роун. — Стыкуйся осторожно, словно кошелек из кармана тянешь.
На лице штурмана мелькнула короткая, нервная улыбка.
— Еще бы! Мне что-то не очень хочется растревожить это осиное гнездо.
— А какие они, эти ниссийцы, землянин? Роун с размаху хлестнул говорившего по губам.
— Для тебя я — капитан, матрос!.. Не знаю, как они выглядят, но ненависти к ним не испытываю. Просто у них есть то, что нам необходимо, и мы это возьмем.
— Судя по размерам баржи, их не счесть там, на борту…
— А ты и не считай, просто убивай одного за другим, вот и все.