Рейс на Меркурий: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

28 февраля 2009 года

Ну и погодка! По календарю скоро весна, но термометр показывает минус 21 по Цельсию, снег валит хлопьями, все покрыто белой пеленой, порывы ветра гнут деревья.

Завтра, 1 марта — запишите эту дату, она войдет в историю, — ровно в одиннадцать часов пятьдесят три минуты мы оторвемся от Земли, чтобы совершить полет на планету Меркурий.

Вместе с сыном — он мечтает поступить в институт астронавтики имени Циолковского — мы отправляемся на Подмосковный космодром. Десять минут полета на нашем стареньком вертолете (модель 2001 года) — и мы на месте.

В центре обширного поля космодрома — величайшая в мире катапульта. Эта гигантская наклонная эстакада покоится на мощных арках постепенно возрастающей высоты. Под верхней точкой ее свободно уместилось бы семидесятиэтажное здание. Эстакада заканчивается выдвинутой в воздух площадкой, напоминающей трамплин для прыжков в воду. Разница лишь в том, что дальность полета с этого трамплина измеряется не метрами, а миллионами километров.

Катапульта выбрасывает межпланетные ракеты в воздух со скоростью двести метров в секунду. Длина ее почти полкилометра. Она направлена с запада на восток, чтобы сама Земля своим вращением вокруг оси помогала звездоплавателям отрываться от нее.

Неподалеку великолепный Дворец Астронавтического совета. На одной из его стен доска с расписанием отбытия и прибытия межпланетных ракет на текущий навигационный сезон. В космических полетах приходится учитывать взаимное расположение планет. Поэтому расписание составлено на несколько лет вперед. Для каждого полета указывается не только точная календарная дата, но и часы и минуты.

Помимо рейсов на искусственные спутники Земли, которые совершаются ежедневно, на доске отмечены маршруты: Земля — Луна, Земля — Венера, Земля — Марс и обратно. Посадка на корабли, отправляющиеся на Венеру, в 11 часов 20 минут, на Марс — в 23 часа 15 минут.

Мы с сыном зашли в библиотеку Астросовета. В ней около двух миллионов томов по вопросам астронавтики и смежных областей. Здесь все автоматизировано. На столе у каждого читателя вращающийся диск с буквами и номерами, точь-в-точь как на телефонных аппаратах. Стоит набрать шифр книги по каталогу, чтобы автоматические «искатели» сами нашли ее, сняли с полки, уложили на конвейер и доставили на стол к читателю.

Если читатель не владеет тем языком, на котором написана книга, автоматы-переводчики сразу переведут ее более или менее точно на любой язык. Ведь число слов и возможных комбинаций из них, даже в самых богатых языках не превышает нескольких десятков миллионов, а границы возможностей современных автоматов значительно шире этих цифр.

К услугам читателей счетная фабрика с электронными машинами. Они мгновенно производят самые сложные вычисления. Это чрезвычайно облегчает работу астронавтов, которым постоянно приходится иметь дело с цифрами в сотни миллионов.

Квадратная башня поблизости от дворца высоко вздымает в небо свои вращающиеся параболические антенны диаметром в несколько десятков метров. Они используются не только для радиосвязи, но и для локации космических кораблей. Это Дом радиосвязи. Антенны делают его похожим на гигантскую ветряную мельницу.

Нам показали последнюю модель «лупы времени». Это киносъемочные аппараты, фотографирующие космические корабли в полете. Автоматическое действие этих приборов позволяет получать миллионы кадров в секунду. Их зоркому, всепроникающему глазу доступны ничтожнейшие вибрации в отдельных частях корабля, которые не могут быть уловлены человеком.

Мы прошли в зал ожиданий космодрома. Сегодня здесь необычайно многолюдно. Собрались родные, друзья и близкие участников экспедиции, прилетающей с Марса. На девяти кораблях возвращались «ветераны». Их места на Марсе заняла юная смена.

Эскадрилья была уже совсем близко. На кораблях люди, видимо, были целиком поглощены подготовкой к спуску на Землю. Радио все время передавало пеленги. Непрерывно принимались и передавались координаты кораблей, их скорости, углы наклонов траекторий. На панели то и дело мелькали цифры, зажигались и гасли разноцветные лампочки.

Пока мы беседовали с ожидающими, прибыло печальное известие: один из девяти кораблей столкнулся с метеором и получил большую пробоину в корпусе. Благодаря быстрой помощи товарищей экипажу удалось перебраться на другие ракеты, но один молодой астронавт погиб, не успев во-время надеть скафандр.

Возникли опасения, что поврежденная ракета может проникнуть в атмосферу Земли и при падении причинит немалые разрушения. Но следующей радиограммой астронавты сообщили, что, прежде чем покинуть корабль, капитан успел отклонить его путь, превратив его в искусственный спутник Солнца — крохотную планету.

Скоростным лифтом мы с сыном поднялись на эстакаду. На полотне ее уже лежал наш гигантский корабль «Меркор-П». Вокруг него суетился отряд инженеров и техников. Они контролировали действие приборов, осматривали и проверяли все звенья сложного механизма ракеты.

1 марта 2009 года

Сегодня ровно в десять тридцать я опустил свой вертолет на площадку у подножия пусковой эстакады.

Наш «Меркор-П» был в полной готовности. Вместе с другими участниками экспедиции я прошел в кабину, где нам предстоит провести немало дней и ночей. Она не очень просторна: конструкторы космических кораблей вынуждены экономить вес, а стало быть, и объем. Но для двенадцати членов экипажа «жилой площади» достаточно. В тесноте, да не в обиде.

В одиннадцать сорок прозвучала команда: «Занять места!» Мы улеглись в контурные лежанки, каждый на свою, подогнанную к особенностям тела пассажира, точно так же, как подгоняются протезы.

Мы прикрылись пластмассовыми крышками. В моей сделаны отверстия только для глаз, носа и рта. У членов экипажа свободны и руки. Крышка кое-где впивается в тело. Но я мирюсь с этими кратковременными неудобствами: они помогут мне избежать значительно больших неприятностей в момент выбрасывания корабля катапультой и затем во время работы ракетного двигателя.

Контуры крышки в точности отвечают очертаниям моего тела, но не того, каким я теперь обладаю, а того, каким оно станет при перегрузке. Ускоренное движение во время взлета на несколько минут изменит форму моего тела. Даже лицо мое в этот момент станет неузнаваемо. Форма крышки заранее учитывает эти будущие изменения.

Вспомните свои ощущения, когда вожатый автобуса резко трогает машину с места: вас с силой прижимает к спинке сиденья. Но ведь рывок нашего корабля будет много длительнее и неизмеримо резче, чем рывок автобуса. Во столько же раз ощутимее для нас и перегрузка.

Одиннадцать сорок восемь… Первый предупредительный световой сигнал. Близится время пуска… Второй сигнал… Третий… Ну, скорее же! Скорее! Резкий толчок. Это сработала катапульта. Тело вжимается в губчатую резину лежанки.

Одиннадцать пятьдесят три. Включаются двигатели. Люди на Земле видят гигантские языки пламени, вырывающиеся из сопел ракеты. Но мы узнаем о работе двигателя только по тихому жужжанию и легкому, еле заметному подрагиванию корабля.

С каждой секундой скорость полета увеличивается. Ровно через семь минут она достигнет 14,6 километра в секунду. Тогда двигатель автоматически выключится. Но мы все так же будем лететь по инерции в межпланетном пространстве, где нет воздуха, не испытывая сопротивления среды.

Секундная стрелка, обогнув полкруга, стремительно приближается к верхней точке циферблата. Двенадцать часов… Вибрация затихает. Жужжание прекращается. Тишина. Слышно лишь тиканье хронометра. Двигатель выключен.