Тумин смутился.
— Простите, господин.
— Ты бы хоть иногда думал, что говоришь, — наставительно проговорил Александр. — А то слишком длинный язык может сильно укоротить жизнь.
Он рассмеялся, глядя, как испуганно сжался мальчик.
— Не бойся. Не для того я тебя спасал, чтобы убивать. Это тебе урок на будущее.
Работая веслом, юноша в который раз анализировал полученную информацию, продолжая удивляться роковому стечению обстоятельств и понимая, кого надо за это благодарить.
Кое-как спрятав лодку в камышах, они поспешили к старому кладбищу храма Себера, где их должен ждать Друг.
Широко улыбаясь, немой появился из старой гробницы с куском стебля папируса в руках. Прижав его к губам, он дунул. Раздался негромкий, резкий свист, слуга довольно замычал.
— Отличная штука, — одобрительно кивнул Алекс. — Теперь ты можешь всегда обратить на себя внимание.
Друг закивал, взял у него корзину и с недоумением понял, что она пустая.
— Боги позаботились о нас, — постарался успокоить его юноша. — Я все расскажу потом.
Немой кивнул и пожал плечами.
Неподалеку от развалин храма им встретились мальчики. Под присмотром бывшего помощника Повелителя смерти они тащили маленькие охапки хвороста.
— Бросайте все! — махнул руками Александр.
Евнух, который просил, чтобы теперь его называли Гернос, растерянно сбросил с плеч вязанку. — Вы не принесли еды?
— Зато я принес очень хорошие новости! — рассмеялся довольный юноша. — Уверен, что они обрадуют тебя больше, чем самое лучшее радланское вино!
— Что случилось, господин? — взмолился Гернос.
Но Алекс в ответ только улыбнулся:
— Скоро узнаешь.
Тайное убежище людокрадов сильно изменилось. Пол чисто вымели, мусор и ненужный хлам, валявшийся по углам, затащили в клетку. У задней стены сложили кучу свежего камыша, на которой спали малышня и слуги.
Немой слуга замешивал тесто, а Анукрис резала последнюю репу. Увидев в проходе фигуру молодого человека, она радостно улыбнулась, но когда разглядела его лицо, озабоченно спросила, присаживаясь на табурет:
— Что-то случилось?
— Боги помогают нам, — громко сказал Александр. — Твой муж вернулся.
Молодая женщина побледнела и прижала руки к груди.
— Как?
— Теперь он первый пророк храма.
— А Сетиер? — вскричала Анукрис, подаваясь вперед.
— Умер, — усмехнулся юноша. — Моотфу и всех мождеев арестовали. Скоро будут судить. Сейчас в Абидосе заправляет какой-то важный чин из столицы, в свите которого и приехал твой супруг. Так что ты можешь возвращаться домой.
Бледная, как алебастровая статуя, молодая женщина сидела с открытым ртом и смотрела в никуда остекленевшими глазами.
— Господин, — робко сказал ничего не понимающий Гернос.