К развалинам храма Себера они вышли уже ночью. При свете звезд Друг открыл тайник, и Анукрис спрыгнула прямо на тушу Тулаума.
Труп достали и, оттащив подальше, бросили без погребения. Все слишком хорошо знали, кем был этот человек.
Зажгли принесенные с собой светильники, стали устраиваться. Коров разгрузили, и Друг с грустью понял, что в подвал их спрятать нет никакой возможности. Так что бедные животные вряд ли доживут до утра. Наскоро поужинали и легли спать.
Анукрис расположилась на кровати. Положив руку Алекса себе на плечо, она затихла и стала молить бога сновидений Гнеша, чтобы он вновь вернул её в тот замечательный сон, который приснился, когда она первый раз ночевала в этом подвале. Но вместо этого сознание провалились в густую черноту усталости.
А Александр шел по знакомой тропинке к берегу моря. Где-то здесь находится бухта, в которой его отыскал Энохсет. По небу бежали рваные облака, дул легкий соленый ветерок. Стал слышен шум волн, набегавших на скалы и уползавших назад с недовольным шипением.
Алекс вышел из зарослей и замер, глядя на ажурную скамейку из серебристого металла, стоявшую неподалеку от края обрыва. На ней спиной к юноше сидела худенькая девочка с рассыпанными по плечам волосами, переливавшимися всеми цветами радуги.
— Я подумала, что сидеть на траве будет неудобно, — сказала она, оборачиваясь. — А здесь так красиво!
— Здравствуй, Асиона, — улыбнулся Александр, устраиваясь рядом.
Какое-то время оба молчали. Богиня-девочка болтала ногами в оранжевых кроссовках и, улыбаясь, смотрела на море. Юноша исподтишка разглядывал её короткие бриджи, перешитые из старых джинсов, и зеленую футболку с большим желтым смайликом.
— Такая я тебе больше нравлюсь? — лукаво улыбнулась Асиона.
— Я, конечно, люблю кошек, — усмехнулся Алекс. — Но не таких больших.
Она хихикнула.
— Этот человек в подземелье, — Александр замялся. — Он, в самом деле, из моего мира?
— Да, — в руке у богини-девочки непонятно откуда появился камешек, который она неловко бросила в море. — Вернее его душа. Переместить физические объекты почти невозможно.
— Кто он?
Собеседница грустно посмотрела на юношу.
— Негодяй и убийца!
— Он тоже нашел корону как мы с Мариной?
— Нет, — Асиона грустно покачала головой, тряхнув волосами, игравшими всеми цветами радуги. — Он просто убил.
— Как это? — не понял Алекс.
— Ты действительно хочешь знать? — чуть склонив голову набок, поинтересовалась богиня-девочка.
— Было бы неплохо, — он пожал плечами.
— Хочешь вернуться назад? — Асиона подозрительно прищурила глаза, в которых полыхнуло яростное пламя.
Александр отвернулся и стал смотреть на море, по которому длинными валами шли невысокие, крутые волны.
— Если для этого надо свернуть шею какому-нибудь обиженному богами Повелителю смерти? То почему бы и нет? Но просто так убивать никого не буду. Я и так слишком много кровушки пролил.
Собеседница неожиданно прыснула.
— Почему ты сказал: «обиженного богами»?
Юноша пожал плечами.
— У нас так раньше дурачков называли. Говорили: «богом обиженный». Я в книжках читал.
Она заливисто засмеялась, очевидно, считая это выражение очень смешным.