– Потом, значит, я покричал Суаснабару раз или два. Меня удивило, что его не видно в будке.
– Раз или два?
Абреу ответил, помедлив:
– Два или три раза. Потом, – продолжал шофер, – я пошел к будке.
– И вошли внутрь? – спросил Роман.
– Конечно, и об этом я уже говорил.
– И что сделали?
– По-моему… Да, я выпил кофе.
– И больше ничего?
– Больше ничего, – медленно ответил Абреу.
Шофер два раза затянулся и выбросил окурок. Сигарета Романа докурилась сама, и лейтенант швырнул ее на мокрый асфальт.
– Продолжайте.
– После этого, кажется, я пошел… Да, я вышел из будки и вернулся к машине. Несколько раз посигналил. Но, как вы знаете, никто не откликнулся. Тогда… Тогда, значит, я подумал: «Что-то неладно».
– Что-то?
– Ну да, что-то. Откуда мне было знать – что?
Роман засунул руки в карманы куртки, но почти тотчас вынул левую руку и посмотрел на часы: было без одной минуты двенадцать.
– А потом?
– Тогда я взял фонарь и начал осматривать стоянку.
– В каком месте? – спросил Роман и вышел под дождь. – Покажите.
Эльпидио Абреу забежал вперед.
– Вот здесь. Там стояла одна машина, здесь другая, а чуть подальше – третья.
Они медленно двигались по двору, и Абреу показывал, где он шел в ту ночь.
– Я дошел до этого места… Нет, чуточку подальше. И тут заметил пса.
– Где он был?
– Там, под машиной.
– Вы уверены?
– Ну да, конечно уверен, там он и лежал.
– Потом?
Снова припустил дождь; ветер тоже усилился. Защитная куртка Романа совсем потемнела.
– Потом…