— Вы должны были, друзья, прежде всего разоружить меня, а после уже разговаривать. Разве можно судить в помещении, где лежат бомбы? Вы наивны, друзья! Достаточно мне выстрелить в провода — чтобы мы все оказались в темноте. К чему так глупо рисковать жизнью, как вы рискуете?
Кое-кто беспокойно оглянулся на бомбы. Курковский сказал:
— Вам тоже, милейший, не захочется умирать. Мы вас привели сюда не убивать. Мы вас привели сюда объяснить, что вы имеете дело с хорошо налаженным аппаратом. Вы понимаете, как мы узнали о вас? Вы дали расписку в получении документов и бумаг для «Союза Золота». Вы забыли, что почерк — это ваш паспорт! Теперь, чего мы от вас хотим? Хотим предложить вам миллион долларов за инструктирование в управлении аппаратом «Це».
— Почему миллион, а не два?
— Потому что второй миллион вы получите, если согласитесь поступить механиком на аэротанк.
— Так. Но где гарантия, что я, выйдя на свет, не заявлю тотчас о вашей организации? — спросил Титов.
— Гарантия? Мы вам ее покажем, для этого вас и привели сюда.
— Мигрин! — крикнул Курковский.
Подошел тот, кого принял Титов за умершего Вар дина.
— Проводите арестованного подземельем под дом Пеллерова. Покажите заряженные, готовые ко взрыву щели. Он поймет, что завод в наших руках и что взорвать его мы можем в любую минуту. Нам нужно не это. Если милейший начальник Г. П. У. захочет, он спасет от гибели изобретения Пеллерова: он будет молчать.
— Идемте.
Титова повели. Он шел впереди. Его страж — сзади. Вдруг Титов услышал шепот.
— Товарищ Титов, это я — Вардин.
— Черт возьми, но ты убит.
— Убит Мигрин. Я его выделал электрическим всасывателем под Вардина, а себя под него. Понятно?
— Но даже я ошибся. Кто его отравил?
— Я.
— Что со мной сделают?
— С вами? Ничего. Выпустят. Только вы не бойтесь. Все их батареи будут разряжены. Кучка сумасшедших. Я думаю, мы их обезвредим в скором времени. Главное тешить их мыслью о синем камне, тогда они будут беречь лучше нас товарища Пеллерова…
Когда Титов приведен был снова в зал, судьи спросили:
— Согласны ли вы на сделанные предложения?
— На второе — да. Быть механиком я согласен. А если я обучу вас — вы меня отравите, как поступили с Вардиным.
В подземелье поднялся хохот.
— У вас железная логика! — закричал Курковский: — Ну-с, — добавил он, теперь идемте мирно спать, зная, что под нами на сажень глубины стоят подземные мины, готовые превратить завод в пепелище.
9. Выстрел
Утром Курковский и Титов встали как ни в чем не бывало на работу.
Пеллеров был весел. Шутил. Пришли тревожные вести из штаба.
Курковский проворчал:
— Пронюхали. Пеллеров сказал:
— Скорее бы хоть война.