Неожиданно сердце Стоно остановилось, и его душа начала отделяться от тела. Действуя инстинктивно, я вдохнула в себя его душу и спрятала ее в безопасное место в моем сознании. Я игнорировала его растерянные мысли, сконцентрировавшись на его ранах. Мой живот охватила такая резкая и сильная боль, как будто в него вонзились миллионы ножей, кромсая мои внутренности. Обхватив свой живот руками, я свернулась в клубок. Кровь заливала мои ладони, стекая по рукам на землю. Воздух наполнился резкой вонью разорванных внутренностей.
Я изо всех сил пыталась оттолкнуть эту боль, но она цеплялась за меня, прогрызая себе путь сквозь мой позвоночник и подбираясь к сердцу. Голос Листа бил по ушам. Он чего-то хотел от меня.
Меня раздражали его настойчивые крики, и я на секунду обратила на него внимание. В то же мгновение его энергия начала вливаться в мое тело. Мы остановили продвижение боли по моему телу, но не могли избавиться от нее. Я понимала, что через какое-то время наша сила иссякнет, и мы проиграем эту битву.
Усталый голос Лунного Человека прозвучал в моей голове.
«Тебя нельзя оставить одну и на пару минут. С чего ты решила, что в одиночку сможешь противостоять силе ритуала Киракава?»
«Я не…»
«Не знала? Не подумала? Да разве теперь это важно?»
Синяя энергия Лунного Человека слилась с энергией Листа, и вместе мы смогли изгнать боль.
Я потянулась к Стоно и положила руку на его гладкий ровный живот.
«Возвращайся», – приказа я его душе. Я почувствовала покалывание вдоль руки. Когда он судорожно втянул в себя воздух, я убрала руку.
Слишком опустошенная, чтобы даже пошевелиться, я уснула там, где лежала.
Спустя какое-то время меня начали трясти, и я наполовину проснулась.
– Теоброма? – спросил Лист, его голос доносился издалека.
Мои усталые мысли продирались сквозь туман сознания.
– Рюкзак, – пробормотала я.
– Где?
Лист снова меня встряхнул. Я стукнула его по руке, но он не отставал.
– Где?
– Рюкзак. В джунглях. Змея.
– Я схожу, – сказал Каштан.
Его удаляющиеся шаги убаюкивали, и я снова уснула.
Я проснулась, подавившись грязноватой на вкус жидкостью. Кашляя, я села и начала отплевываться.
– Тебе все равно придется выпить остальное, – сказал мой отец.
Он протянул мне чашку.
– Что это? – я взяла чашку, зеленоватое содержимое которой пахло как болотная вода.
– Чай из аноны. Восстанавливает силы организма. Теперь пей.
Мое лицо перекосило от отвращения, и я поднесла чашу ко рту, но так и не смогла заставить себя сделать глоток.
Исав вздохнул. Его спутанные седые волосы до плеч были заляпаны грязью и кровью. Он выглядел старше своих пятидесяти лет, и усталость давила на его широкие плечи.
– Элена, я хотел бы вернуться домой. А твоя мать в настоящее время уже наверняка бьётся в истерике.
Он прав. Сморщившись из-за отвратительного запаха, я все-таки сделала глоток чая. Жидкость полилась по моему обожженному горлу, причиняя боль, но через несколько секунд я действительно почувствовала себя бодрее и энергичней.