- Боже, Вишенка, меня так заводит, когда ты говоришь такое.
Тара почувствовала в следующий момент, что он прижимается своим жёстким членом к ягодице, затем погружает пальцы в её дырочку снова. Один, затем два… пока он не добавил третий. Жжение усилилось, её кожа оказалась в огне. Она зашипела от удовольствия и толкнулась назад, позволяя пронзить себя глубже.
Логан удерживал её твёрдой хваткой на бедре.
- Легче, детка. Мы займёмся этим медленно. Я хочу, чтобы всё прошло гладко, насколько возможно.
- Я готова.
- Скоро. Будь терпелива.
Она застонала от разочарования, затем закричала, когда он глубже толкнулся пальцами в её попку.
- Сейчас!
- Мне принести веревки и наказать тебя, чтобы обучить хорошему поведению?
Однажды – вероятно, скоро - он сделает это. Тара могла представить себя беспомощно привязанной к его кровати, пока он медленно мучает её тело, безжалостно, пока она умоляет его наполнить её повсюду, везде.
Сегодня она понимала его необходимость в нежном подходе. Они взаимно признали не только удовольствие, но скрепили их любовь друг к другу. Каждое прикосновение ощущалось проникновенным.
Твёрдыми, медленными толчкам, он погружал свои пальцы глубже в её задницу, оставляя нежные поцелуи на спине.
- Как тебе такое, Вишенка?
Божественно. Она хныкала от этих толстых пальцев внутри. Тара ощущала себя захваченной и каким-то образом завоёванной - при этом всё равно любимой. Логан раскрывал её для одного из самых интимных действий, но с каждым словом и прикосновением он обращался с ней заботливо, помня об удовольствии и боли. Он умело смешивал эти две грани вместе, чтобы насытить её поразительным наслаждением.
Он замер.
- Ответь мне.
- Так хорошо, - простонала она.
- Когда я войду в тебя, будет жечь, возможно, даже будет немного больно.
- Я хочу отдаться тебе, угодить тебе.
Логан прислонился к её спине, обнимая, чтобы погладить по животу.
- Красивая саба, которую я всегда хотел, внутри идеальной женщины, которую всегда любил. Я польщён.
Блаженство взорвалось в её сердце и увеличивалось, пока он скользил вниз по животу, собственнически накрывая её лобок. Когда он провел одним пальцем между складочек, задевая клитор, Тара запрокинула голову с протяжным стоном.
Логан опустил подбородок на её плечо, пока они не соприкоснулись щека к щеке. Грубая прохлада против жара, нагревающегося её прорывающейся наружу потребностью, закручивала сильную боль по всему её телу. Тара изогнулась, плавясь под ним.
- Я чувствую себя такой желанной, - прошептала она.
Мягко отодвигаясь, Логан вытащил пальцы из её попки, затем распределил больше смазки по нежной зоне. Он исчез на мгновение, и Тара прислушивалась к звукам, которые мужчина создавал в комнате - открывающийся шкаф, затем рвущийся картон, звон пластика. Она смутно думала о том, что он делает, затем решила, что это не важно. Всё, что он делал, было для увеличения её удовольствия, их искренней связи. Она улыбнулась, не открывая глаз, когда он вернулся на кровать, и матрас позади неё прогнулся под его весом.
- Ты желанна, Вишенка. Я всегда хотел тебя.
Он устроился позади неё, обхватив руками за бёдра, и прижал выпуклую головку члена к её дырочке.
- Я всегда буду хотеть тебя.
Вздох заменил её ответ, когда он толкнулся в неё по одному медленному, мучительному дюйму за раз. Жжение вернулось. Логан был не только длиннее, но толще, и он замер, когда тугое кольцо мышц воспротивилось его входу.
- Ты будешь в порядке, детка. Глубоко вдохни. Вот так. Расслабься. Сейчас прогни спину и толкнись назад.