Кострома: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Редактор Е. Н. Галкина.

Оформление художника Ф. Б. Збарского.

Художественный редактор Е. Е. Смирнов.

Технический редактор Н. В. Муковозова.

Корректоры Т. М. Медведовская и Г. Г. Харитонова.

Подп. в. печать 4/IX 1969 г. Форм. бум.

Москва. 1970

Издательство "Искусство"

Художественные памятники XIV–XIX веков

От автора

Кострома не принадлежит к городам с большой и прочной славой, какой пользуются у туристов Владимир и Суздаль, Ростов Великий и Ярославль, подмосковный Звенигород и Загорск, Волжский Углич, славой, которую приобрели Кижи на Онежском озере или Соловецкие острова на Белом море. Конечно, все туристы и не туристы, совершающие путешествия по великой русской реке, всегда упомянут о городе на Волге, прошедшем перед их глазами, но нет в этих рассказах совета уделить хотя бы часть отпуска Костроме, ее окрестностям, а может быть, и дальним районам.

А между тем костромская земля известна издревле незаурядными зодчими и художниками, немало потрудившимися по всей русской земле. Начиная с 1670-х гг. имена мастеров каменного дела костромичей все чаще и чаще встречаются в связи с возведением монументальных сооружений. В 1671 г. они строят грандиозный собор в подмосковной усадьбе царя Алексея Михайловича- Измайлове, в 1681-82 гг. мастер Никита Васильев возводит в той же усадьбе колокольню церкви Иосафа. В 1667-79 гг. Карп Губа вместе с группой мастеров, в которой участвует и крестьянин села Городище Филипп Денисов, строит такое красивое здание, как церковь Григория Неокесарийского на Полянке в Москве. Зодчие Филипп Папуга, Емельян и Леонтий Михайловы в 1694 г. сооружают надвратную церковь Новоиерусалимского монастыря; в 1699 г. Андрей Перфильев ведет перестройку патриаршего дворца в Московском Кремле. За период 1670-1700-х гг. по далеко не полным и довольно случайным сведениям в Москве работало 12 зодчих-мастеров-костромичей, создавших ряд первоклассных архитектурных произведений. Зодчий из жителей села Большие Соли С. Воротилов в конце XVIII в. начал постройку соборной колокольни в городе Рязани, законченной уже после его смерти в начале XIX в. рязанским губернским архитектором Воронихиным.

Помимо плеяды талантливых зодчих из среды костромичей во второй половине XVII в. выдвинулась большая группа художников- монументалистов, расписавших храмы Ярославля, Переславля- Залесского, Москвы и самой Костромы.

Имена живописцев „стенного писания“ Гурия Никитина, Силы Савина, Василия Ильина, Василия Козмина принадлежат к первому десятку, составившему славу русского искусства XVII в. Уроженцами Костромы были братья Василий и Кирилл Ивановы Улановы, изографы Оружейной палаты, расцвет творчества которых приходится на 1690–1710 гг.

Природное окружение Костромы вдохновляло многих художников на создание замечательных произведений искусства. Природу Плёса очень любил И. Левитан. Здесь были навеяны многие темы его лирических русских пейзажей. Картина Саврасова “Грачи прилетели” создана близ села Сусанина (бывш. Молвитино).

Те, кто интересуется историей русской литературы, в Костроме и окрестностях найдут немало мест, связанных с творчеством Н. А. Некрасова, а усадьба Щелыково храпит воспоминания о многолетнем пребывании здесь драматурга А. Н. Островского. Уроженцем Костромской губернии был писатель А. Ф. Писемский. Он долго жил в Костроме, и в его романах „Люди сороковых годов“ и „Масоны“ живо описан быт города начала XIX в.

На костромской земле расположено много памятников, связанных с далекими и близкими историческими событиями. Здесь был совершен патриотический подвиг Ивана Сусанина. Великий воинский долг выполнили костромичи в годы Отечественной войны. Двадцать девять из них стали Героями Советского Союза.

В Костроме, издавна ставшей крупным центром текстильной промышленности, сложились боевые революционные традиции. В работе костромской группы РСДРП принимал участие Я. М. Свердлов. В 1904-07 гг. секретарем городского Комитета партии большевиков был А. М. Стопани. В IV Государственной думе среди шести большевиков-депутатов был костромич Н. Р. Шагов. В. И. Ленин прекрасно знал экономику Костромской губернии и в своей работе “Развитие капитализма в России” использовал ее примеры для иллюстрации процесса превращения мануфактуры в капиталистическую фабрику.

Экономический и культурный центр области, Кострома, как и все советские города, переживает сейчас период бурного роста. Все увеличивается количество жителей, городская территория с новыми жилыми кварталами, школами и детскими садами и яслями, кинематографами и клубами, диспансерами и больницами. Кострома красива, своегбразна и не похожа ни на один другой среднерусский город. О том, как сложился ее архитектурный облик, о том, что сохранилось в ней из произведений художественной культуры прошлого, что необходимо посмотреть туристу, интересующемуся национальной историей и искусством, рассказывает эта книга. Поезжайте в Кострому не пожалеете!

Кострома

О времени основания Костромы в русских летописях или других письменных источниках сведений нет, не сохранилось и сколько- нибудь достоверных легенд, связанных с возникновением города. Разные мнения высказаны в научной литературе о первом укрепленном поселении, положившем начало современной Костроме. Одним из них называют Городище — большое село, расположенное на правом, высоком берегу Волги, ставшее ныне новым районом города. У села Городища издревле находилась переправа через реку. Историки предполагают, что во время татарского нашествия орды Батыя полностью уничтожили именно это поселение и что оно вновь возникло после ухода татар, но уже на левом берегу, как более безопасном, защищенном с юго-запада могучей рекой.

Но при раскопках на территории Городища археологи обнаружили предметы, относящиеся только к неолитической эпохе, и не было найдено никаких вещественных доказательств, показывающих постепенную смену жизни людей до XI–XIII вв. уже нашей эры. Следовательно, можно предположить, что во время нашествия татар на правом берегу Волги города не было, а жизнь на Городище по каким-то причинам прекратилась во времена новокаменного века и вновь началась уже после основания Костромы на левом берегу Волги в XI–XII вв.

Гипотеза о местоположении поселения, связанного с основанием Костромы на берегу небольшой речки Сулы, близ впадения ее в Волгу, была проверена историками и археологами в 1951 г. Костромской музей организовал археологические раскопки на месте, занятом ныне жилыми кварталами, на пересечении улиц Островского и Пятницкой. Но найденные керамические предметы показали, что на этой территории интенсивная городская жизнь протекала лишь начиная с XII в. и ее не было в более ранние периоды. По-видимому, историк В. Н. Татищев, высказавший догадку об основании Костромы в 1152 г. Юрием Долгоруким, был близок к истине. О том, что Долгорукому был знаком этот край, есть летописная запись о его походе Волгой на судах от Ростова Великого в землю казанских болгар. Основание в XII в. на костромской земле города с южным названием Галич является еше одним свидетельством активного освоения земель южнорусскими славянами.

Гипотеза о том, что Кострома была заложена в XII в. на возвышенном месте у реки Сулы, близ впадения ее в Волгу, помимо находок археологов подкрепляется и тем, что древнейшая Федоровская церковь города, известная с ХШ в., стояла именно здесь. Ее местоположение хорошо документируется тем, что только в XVII в. деревянную Федоровскую церковь за ветхостью разобрали и сразу тут же возвели каменную, но главный престол назвали Богоотцовским, а Федоровским сделали только придел. Сообщение летописи, что в 1276 г. в Федоровской церкви был похоронен костромской князь Василий, говорит о том, что к этому времени церковь стала городским собором, который по традиции должен стоять в “городе”. В одном из документов XVII в. говорится, что Федоровская церковь находилась “на площади у Мшанской улицы” и что сохранялись еще остатки “старой осыпи”, то есть городских земляных укреплений. Сейчас уже совершенно невозможно представить планировку и границы Костромы XII–XIV вв. Можно только предположить, что город располагался по обеим берегам реки Сулы, но более на правом берегу, по направлению к реке Костроме, так как в этой части города стояли древнейшие монастыри — Анастасьевский, Спасо-Запрудненский, Ипатьевский. Местность по левому берегу Сулы называлась Дебрей, а главная улица ее, которая сложилась в XV–XVI вв., — Боровой дебрей. Название речки — Сула и одной из древних улиц — Десятильнича явно южнорусского происхождения и свидетельствует о том, что среди первых насельников города было немало южных славян.

Ранняя история Костромы, удаленной от основных центров политической жизни Древней Руси, по-видимому, была не богата историческими событиями и не привлекала внимания летописцев. Впервые они упомянули о ней в 1213 г. в связи с феодальными распрями наследников князя Всеволода Большое гнездо. Князь Ростовский Константин, борясь за великокняжеский владимирский престол с братом Юрием, разорил и сжег Кострому: “Константин же посла полк свой на Кострому и пожже ю всю, а люди изымаша”. Спор между братьями закончился в 1216 г., но кому досталась Кострома, летописцы не отметили. Не сообщили они и никаких подробностей о Костроме в 1237 г., когда татары “попленили все на Волге и до Галича Мерского”, видимо, город был еще не столь значительным, но едва ли он мог быть сохранен врагами. Только в 1243 г. Кострома вновь фигурирует на страницах документов: великий князь Ярослав Всеволодович отдает ее в удел самому младшему, девятому сыну, Василию. Это распределение показывает, что во Владимиро-Суздальском княжестве Кострома была самым малым городом. Став центром удельного княжества, она так никогда и не поднялась до уровня таких крупных центров, как Ростов Великий, Суздаль, Ярославль, Углич. Василий княжил в Костроме 44 года. В 1247 г. он получил прозвище Квашня, применяемое обычно в ироническом смысле к людям нерасторопным, тучным, малодеятельным. В 1272 г. Василий Квашня получил титул великого князя и мог бы переехать во Владимир. Однако он. видимо, настолько привык к Костроме, что остался там до самой смерти (1276).

Летописи не отметили каких-либо значительных событий за его долголетнее княжение Василия Квашни. Описали его женитьбу (однако он умер бездетным), появление иконы Федоровской богоматери, ставшей потом главной святыней города, несколько пожаров, крупную победу над татарским войском, пришедшим под видом получения дани ограбить жителей города. После смерти Василия Квашни костромское удельное княжество осталось в составе великого княжества Владимирского.

Летописные свидетельства конца XIII — начала XIV в. о событиях в Костроме остаются также немногочисленными и отрывочными. В 1283 г. отмечено умерщвление “крамольного и льстивого” боярина Семена Тонглиевича, замешанного в борьбе против великого князя Дмитрия Александровича (сына Александра Невского). В 1293 г. Кострома была отдана в удел сыну Дмитрия — Ивану, но он пробыл там всего один год; в 1294 г. здесь уже княжил Борис Андреевич.

В 1304 г. между князем Тверским Михаилом и князем Московским Юрием началась борьба за великое княжение, которая продолжалась более двадцати лет и закончилась победой Москвы. Кострома выступала на стороне тверских князей и в 1318 г. поплатилась разгромом города. В 1-й половине XIV в. земли костромского княжества постепенно переходят к московским князьям. Иван Данилович Калита, как известно, начав объединение русских земель, часто помимо захвата городов и сел силой приобретал их покупкой. Так, на костромской земле он купил город Галич и крупное село Селище.

В 1340-х гг. процесс объединения костромских земель закончился, а Кострома по ярлыку, полученному Иваном Калитой в орде, вошла в состав Московского княжества.