Потому что: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Мне кажется, я догадываюсь, что хранилось в той ячейке, — заметил он.

— Вряд ли вы ошибаетесь, — проговорил я.

Никто из нас ни разу не улыбнулся. Мы уважали друг друга.

Охранник отпер дверь моей камеры. Он дал мне пару часов, чтобы проститься с местом моего предварительного заключения. Я лег на спину, наблюдая, как поток воздуха из вентиляционного отверстия под моей кроватью гоняет похожие на сахарную вату пыльные комки. Я думал о том, как мне пережить вторую стадию моей апатии, и вдруг заметил на полу что-то белое. Предмет показался мне знакомым, хотя я не мог вспомнить, что бы это могло быть.

Я полез под кровать и достал оттуда разорванную салфетку, которая провела на моей подушке не одну ночь. Наверное, она незаметно слетела, а я со временем забыл о ней и о послании, которое было на ней написано. «Бразилия».

Я вдруг понял все. И любой врач зафиксировал бы у меня сейчас появление пульса. Одной свидетельницы на суде не хватало. Она одна не участвовала в спектакле и проигнорировала процесс. Юная Беатриче, официантка из бара Боба. Это она была той миниатюрной шатенкой, что беседовала с моей чемпионкой по прыжкам в воду. Это у нее, маленькой черноволосой официантки, я, в стельку пьяный, провел вторую ночь после убийства.

Осторожный стук в дверь прервал мои размышления. В замке повернулся ключ, лязгнул засов. На пороге появилась еще одна фигура, принадлежащая промежутку между моим навсегда похороненным прошлым и несуществующим будущим. Словно актеры выходили на поклон один за другим по окончании спектакля.

Это был господин Вильфрид, бескровный Граф, охранник из третьего корпуса. Он провожал меня к Хелене, когда та еще не опустила руки в отчаянных попытках спасти меня.

— Вы готовы? Можно ехать? — спросил он.

Я не смог сдержать смех. Это напоминало мне «Лесного царя» Гёте или пьесу Гуго фон Гофмансталя «Имярек». Сама смерть является за главным героем — излюбленный прием многих лишенных воображения романистов и драматургов. Граф действительно походил на посланца ада. И скоро кони, погоняемые его безжалостной плеткой, умчат меня сквозь ночь и ветер в царство дьявола. Ужасное клише! Это ли не лучшее доказательство тому, каким провальным романтическим героем я был?

Разумеется, я последовал за ним. Сейчас я готов был выполнить любой приказ. У меня не осталось дел, которые нужно улаживать. Моя дальнейшая жизнь не нуждалась в моем участии. И появление Графа свидетельствовало о том, что я вплотную приблизился к заслуженному концу.

Мы покинули тюрьму через черный ход. Несколько дождевых капель упало мне на затылок и лоб. Они были холодными и навевали мысли о плохой весне. Я устроился в ожидавшей меня машине. Граф сел за руль, и автомобиль медленно тронулся с места.

— Куда мы едем? — спросил я, нарушив молчание.

Он не ответил, потому что знал, что я уже обо всем догадался. Меня ожидало прекрасное путешествие! Свобода за окном больше ничего не значила. И дождь барабанил по крыше.

29 глава

Граф проводил меня до двери. На этом, видимо, его миссия заканчивалась. Я охотно дал бы ему на чай, но боялся обидеть. Ведь он — человек чести.

— Госпожа Зеленич в отъезде, — сообщил мой провожатый, отпирая дверь. — Квартира в вашем распоряжении. Кровать застелена, подготовлены чистые полотенца, холодильник полон, есть что почитать. Отдыхайте.

Он передал мне ключ. Я не мог принять его.

— Закройте дверь снаружи, — попросил я.

— Но ведь вы не заключенный, — возразил он, — и я не вправе лишать вас законной свободы.

Граф сунул ключ в замок изнутри и захлопнул дверь, оставив меня в прихожей цвета золотой осени. Я лег на мягкий ковер и попытался заплакать.

Хелена знала, что когда-нибудь я захочу послушать Жака Оффенбаха. Под коробкой с диском я обнаружил первое письмо. Я не испугался. Кроваво-красные буквы хорошо накладывались в моем сознании на эту музыку. Я мысленно подготовился к разгадке мучащей меня тайны.

«Дорогой Ян, это пишет Беатриче, твоя знакомая официантка. Пришло время открыть тебе мой секрет, который, собственно, является твоим. Ты сам мне обо всем рассказал! Помнишь вторую ночь после убийства? Ты сидел в нашем баре. Был пьян и в полном отчаянии. Я пожалела тебя. Ты бился головой о стол и почти не помнил себя. Я не могла тебя бросить.

Боб помог мне поставить тебя на ноги, и я потащила тебя к себе домой. По дороге ты постоянно бормотал о Бразилии. Спросил меня, поехала бы я с тобой туда? Бразилия. Бразилия. Бразилия. И так без конца. Ты показался мне милым, когда то смеялся, то плакал в моих объятиях. Ты был чертовски пьян.

Я положила тебя на диван. Ты бредил. А потом начал повторять числа. Постоянно одно и то же. Два-шесть-ноль-восемь-девять-восемь. Я спрашивала тебя, что они означают? В ответ ты бормотал что-то невнятное про человека в красной куртке. И вдруг: „Код. Тайный код. Ячейка в камере хранения. Ключ к убийству. Это сделал я. Это я стрелял“. И тому подобные странные фразы. А вскоре снова: два-шесть-ноль-восемь-девять-восемь.

Я записала. Видимо, сработал инстинкт. Я и не подозревала, какую роль они сыграют в дальнейшем.

Я никогда не верила, что ты способен на зло. Меня шокировало известие о твоем аресте. Все мы считали его ужасным недоразумением.

А потом я связалась со следователем. Хелена оказалась удивительной женщиной. Мне кажется, она любит тебя. Я рассказала ей обо всем. Мы проговорили о тебе несколько часов подряд. И теперь мне известна, к примеру, твоя история с Делией. И я знаю, как ты мучился, работая журналистом.

Я послала тебе салфетку с надписью „Бразилия“, чтобы хоть ненадолго отвлечь от грустных мыслей.

Через несколько недель я опять встретилась с Хеленой в ее кабинете. Следователь выглядела серьезной и даже удрученной. Она спросила меня, хочу ли я, чтобы ты получил пожизненный срок? Я пришла в ужас. „Нет, конечно, нет“, — ответила я. „Даже если он действительно совершил умышленное убийство?“ — продолжала она. „Даже в этом случае“, — подтвердила я. Я не считала тебя плохим человеком, что бы ты там ни натворил.