— Граф, — вежливо обратился к нему Пищугин. — С таким сердечком дома нужно сидеть, а не воевать.
Сергей оглянулся на нас.
— Мне особо ничего и не пришлось делать, — оправдывался он перед нами, пожав плечами. — Я хотел имитировать падение давления, но у него и так уже вот-вот должен был случиться инфаркт миокарда. Сердечная мышца не к черту… Да и инсульт, как вариант, так же был бы неминуем…
Сын, глядя на бледного отца, взмолился.
— Уважаемые маги, я не знаю, о каких хворях вы говорите, но прошу вас — спасите моего отца. Он в принципе неплохой человек, хотя и очень заносчивый. От этого и часто принимает необдуманные решения. Привык все проблемы разрешать только с помощью грубой силы.
— Вашему отцу не помешало бы научиться вежливости, — произнесла Нийя и подошла к графу.
Положив руки ему на голову, она попросила всех помолчать немного. Через пять минут она обратилась к Сергею.
— Энергетику я перенастроила, но очистись закупорки сосудов, и подправить сердечную мышцу я не могу. Сережа, сделай это, пожалуйста, ради меня.
— Я-то, конечно, сделаю, — заворчал Пищугин. — Только как бы этот граф опять на нас не кинулся. Мы его вылечим, а он полезет драться…
— Не полезет, — улыбнулась Нийя, — я там поставила ему блок. Теперь граф будет намного спокойнее, а это уже путь к выздоровлению.
Сергей заново поводил вокруг тела графа руками.
— Все, — опуская руки, произнес он. — Теперь сердечко еще долго поработает, если кто его раньше не проткнет мечом.
Лицо графа порозовело, самочувствие улучшилось, и он самостоятельно уселся на скамье.
— Что со мной, было? — удивленно спросил он, оглядываясь вокруг и останавливая свой взгляд на рядом стоящей Нийе.
— Граф, — девушка погладила Рудольфа по голове. — Вы решили, что все проблемы можно решить с помощью грубой силы, но нет такой силы, которая превзойдет простой разум человека. Вот вы и получили адекватную реакцию на ваш грубый выпад.
— То есть, вы хотите сказать, что разум способен сделать больше, чем любой механизм?
— Любой механизм ограничен определенными рамками и назначением. А у разума — нет ограничений. Он способен на все! Алексей, покажи ему…
Леха улыбнулся и поднял с пола уроненный меч. Тот завис в воздухе перед изумленным графом, а затем стал делать выпады и блоки, как будто им управляла невидимая рука.
— Граф, — попросила его Нийя, — а теперь представьте, пожалуйста, облик вашей супруги.
— Но она же несколько лет назад, как умерла? — изумленно воскликнул Рудольф.
— Не врет, — шепнул мне Баринов.
— Тем более, — ласково попросила его Нийя. — Закройте глаза и подумайте о ней?
Девушка заново положила руки на графскую голову. Тот замер, как истукан, но вдруг его лицо размягчилось, и на устах появилась слабая улыбка.
— Достаточно, — произнесла Нийя. — Стас, попроси Селену принять от меня данные.
Я изумился, но отдал такую команду. А теперь попроси ее воспроизвести облик этой женщины здесь перед нами. Не зная, что Нийя задумала, я дал и такую команду. И перед нами в полный рост появилось изображение красивой женщины, в строгом темном платье до пола. Волосы её были стянуты на затылке в конский узел, а на голове находилась небольшая корона. Фантом, как живой человек оглядывался вокруг.
— Мам, — вдруг кинулся к фантому сын и попытался обнять женщину.
— Диана! — с другой стороны кинулся его отец.
Но руки обоих прошли сквозь изображение.
— Милые мои! — улыбнулся фантом. — Я так рада видеть вас живыми и здоровыми, — Диана раскинула руки, будто пытаясь обнять обоих.
— Диана… Как? Откуда…, — запинаясь в словах, тараторил Рудольф. — Почему мы не можем тебя обнять?