Сын Бога Грома: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

На это Рутья ответил, что он помнит мужа госпожи Суваскорпи:

— Ваш супруг был крупным мужчиной с большим крючковатым носом. На спине между лопатками продолговатое родимое пятно. Вставная челюсть. Припадал на левую ногу. Так?

Инспекторша признала, что приметы совпадают. Только не очень понятно, к чему клонит господин Ронкайнен.

— Видите ли, в тот день, когда умер ваш муж, я случайно спустился по делам в Преисподнюю. Там всегда толпится народ, но господин Суваскорпи мне запомнился. Кажется, его звали Оскар?

И Рутья рассказал Суваскорпи, что, попав в Хорну, Оскар спустился по всем кипящим порогам в пиджаке и галстуке, не выпуская из рук портфеля. Прибыв в Преисподнюю, он поднял ужасный шум, требуя, чтобы его немедленно вернули на небеса. Так частенько случается, в Преисподней многие скандалят… Но Суваскорпи заявил, что он судья и знает законы. Крючкотвор обосновал свое требование тем, что нельзя отнимать заработанные привилегии без уважительной причины. А то, что он внезапно умер от сердечного приступа, таковой считаться не может. Суваскорпи требовал обеспечить ему на небесах такое же жилье, как было у него в Финляндии. Настаивал на корректном обращении и полагал, что на новом месте его уровень жизни должен быть не ниже прежнего. Кроме того, хотел получить молодую и красивую жену, такую же, как была на земле.

— Ну, тогда мы с Лемпо и Турьей решили поставить этого вашего Оскара на легкую работу — собирать хворост для костра, на котором варится котел Хорны. Но и это ему не понравилось. Он кричал, что входит в законотворческую комиссию Министерства внутренних дел и прекрасно знает свои права. Он так скандалил, что Турья не выдержал и задал ему хорошую трепку.

— Ужас какой! — ахнула инспектор Суваскорпи.

Рутья рассказал, что со временем судья Суваскорпи приспособился, начал вполне сносно справляться с обязанностями и даже перестал жаловаться на потустороннюю жизнь. Через некоторое время он даже нанял несколько рабочих-покойников собирать вместо себя хворост, а сам принялся вести учет умерших и в итоге стал весьма уважаемым человеком в Царстве мертвых.

Инспектор Суваскорпи все еще не верила Рутье. И заметила, что невежливо насмехаться над умершими. Может, господин Ронкайнен знал ее мужа раньше, например они служили вместе в армии…

— Я и не думал, что налоговые инспекторы такие упертые люди, — вздохнул Рутья. — Верите вы или нет, я и в самом деле сын Бога грома.

— Может быть.

Инспектор Суваскорпи углубилась в бумаги. Однако то, что рассказал Рутья, не давало ей покоя. Ронкайнен, конечно, чудак, но почему-то он нравился ей все больше. В жизни налогового инспектора так мало место для фантазии, что целый ворох услышанных в один день небылиц произвел на нее невероятное впечатление. Ну да это и неплохо…

Вечером Рутья пригласил налогового инспектора Суваскорпи в ресторан. Он подумал, что было бы неплохо вместе отведать вкусной еды, выпить хорошего вина и заодно попытаться склонить женщину к вечернему ритуалу.

Госпожа Суваскорпи была другого мнения:

— Я бы с удовольствием поужинала с вами, но я налоговый инспектор и в настоящий момент проверяю документы вашей компании. Поэтому, если я вечером пойду с вами в ресторан, это будет рассматриваться как подкуп должностного лица. К тому же у меня билеты в летний театр в Суоменлинна. Спасибо, конечно, но я вынуждена отклонить ваше предложение.

Рутья заявил, что в таком случае он тоже пойдет в театр. На это госпожа Суваскорпи ответила, что, хотя она и налоговый инспектор, она не вправе запретить кому-либо увлекаться театральным искусством.

В летнем театре давали премьерный спектакль по пьесе молодого и многообещающего автора под названием «Разбойничьи разбойники». В ней рассуждали о проблемах современного общества — продаже наркотиков, о противоречиях капитализма и о тому подобном.

Рутья с налоговым инспектором Суваскорпи сидели в последнем ряду, куда сын Бога грома умудрился-таки в последний момент купить билеты. Инспекторша принарядилась, от нее пахло вкусными духами, и она позволила Рутье держать себя за руку. Сейчас она не вела себя как официальное лицо, а живо болтала со спутником, рассказывала о новинках театрального сезона. Рутья признался, что в театре он впервые. Госпожа Суваскорпи не поверила.

Спектакль начался ужасным шумом. На сцену выскочила дюжина молодых людей. Они кричали и били в барабаны, а потом запели. От их пения стены театра затряслись.

Рутья, раскрыв рот, следил за представлением. Ему страшно понравилось. Это было круче, чем в Преисподней.

По ходу пьесы он начал понимать, что это не просто беспорядочное движение людей по сцене, что есть сюжет. Что в спектакле разбойник не дает остальным жить спокойно — вымогает деньги, спекулирует, угрожает, и вообще всячески портит жизнь.

Рутья увлекся спектаклем и забыл, что сидит в зрительном зале.

Разозлившись на разбойника, он крикнул в ухо сидевшей рядом госпоже Суваскорпи:

— Да что же это никто не образумит этого Негодяя!

Инспекторша, казалось, была равнодушна к происходящим на сцене безобразиям.

В душе у сына Бога грома клокотала ярость. Бесстыжий разбойник обижал бедную девушку, кричал на нее и всячески оскорблял. Его совсем не трогали жалобные мольбы о пощаде.

Раздался звон колокольчика. Зрители с энтузиазмом захлопали в ладоши. Объявили перерыв.

Госпожа Суваскорпи подхватила Рутью под руку, и они вышли из зрительного зала. Ей показалось, что ее спутник чересчур потрясен увиденным. Впрочем, спектакль и в самом деле был впечатляющим.

Зрители и артисты, смешавшись, двинулись в буфет на свежем воздухе. Кто-то из артистов наливал кофе, кто-то беседовал с публикой, кто-то раздавал афишки.

Рутья внимательно осматривался в надежде увидеть разбойника. Тот стоял за стойкой и со смехом и шутками продавал сок и вел себя так, будто ничего не случилось. Заметив это, Рутья возмутился и решил задать бесстыднику хорошую трепку.