На румбе 202: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Однако, пошли, но не пришли до речки, — объяснил Леха. — Девки, однако, не захотели у батишка сидеть. Спрятали книжки под батишко и пошли за нами. А сюда Коля привел. Он, конечно, хороший камчадал будет, ни разу дорогу не путал.

— А ну, Леха, дай-ка твоего пояска, — попросил Левша, подталкивая перед собой крючконосого по направлению к лагерю. — Треба його трошки спутать, а то цей ужака знов ускользне.

Взяв Лехин ремешок, матрос деловито связал бандиту руки.

— Так буде краще! — с удовлетворением оглядел он классический «полицейский» узел. — А ну, малый вперед!

— Конечно, малый вперед, — сказал Леха, поддерживая рукой сползающие без пояса брюки. — Давай малый вперед!

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

— Сопка! Сопка! Я — Земля! Я — Земля! Отвечайте, Сопка! — надрывался базовый передатчик. Радист вращал рукоятки приемника, тщетно прислушиваясь ко всем шорохам в эфире. Никаких следов «Сопки» обнаружить не удалось.

Напрасно врач ждал в семнадцать ноль-ноль передачи. «Сопка» на связь не вышла.

Конечно, молчание «Сопки» совсем не означает, что в отряде случилась новая беда. Могла испортиться рация, мог не справиться с работой случайно попавший в отряд ленинградский мальчик. Но в отряде лежал тяжело больной человек.

— Всем! Всем! Всем! — понеслись в эфир тревожные сигналы. — Нужна помощь! Нужен вертолет! Нужно спасать жизнь человека!

И сигнал был принят. Приняли его лесозаготовители с лесных делянок долины реки Камчатки, приняли рыбаки западного и восточного побережья, приняли оленеводы и охотники, приняли сельскохозяйственные артели и строители заводов. Не прошло и нескольких минут, как со всех сторон посыпались запросы: сообщите точные координаты местоположения отряда.

Группа туристов, штурмующая высоту Ключевской сопки, предложила направить своего врача пешком; оленеводческий колхоз, расположенный недалеко от Неведомой, сообщил, что до прихода врача в отряд будет направлен ветеринар с медикаментами.

Кажется, на Камчатке не осталось ни одного уголка, не откликнувшегося на тревожный сигнал.

Ничего не знал о тревоге только отряд Арсения Николаевича. Лагерь готовился к ночевке, а это было сегодня не так просто. Разместить всех в трех палатках было невозможно. Но кто же покинет лагерь на ночь глядя? О девочках и говорить нечего. Но с ними-то проще, они сравнительно сносно расположились в Наташиной палатке. К себе в палатку Арсений Николаевич поселил Колю и Леху. Витю уложили и палатке радиста. Левша, Фима и милиционер со своими подопечными остались ночевать на открытом воздухе.

Милиционер решил дождаться утра и уже устроился с максимальным комфортом. Поместив задержанных «старателей» (тестолицый тоже далеко не ушел) под скальным навесом, он развел яркий костер: во-первых, чтобы хорошо видеть арестованных, а во-вторых, чтобы не заели комары. Комары же и послужили причиной возмущения минералога. В лагере было пять «накомарников». Наташа потребовала два из них отдать задержанным «старателям», которые лишены возможности куда-нибудь укрыться и защищаться от комаров.

Когда милиционер попробовал сказать что-то о «дамских нежностях», он услыхал в ответ такую тираду о людях, человечности, что только рот раскрыл, удивляясь, как в таком маленьком теле умещается такой мощный запал. Не понимая, почему эта пичуга встала на их защиту, крючконосый только криво ухмыльнулся и первым нырнул под спасительную марлю. Примеру дружка немедленно последовал и тестолицый.

Два накомарника принадлежали безраздельно больным — радисту и Вите. Пятый должен был по очереди укрывать Левшу, камчадала и милиционера.

Впервые после падения радист, наконец, спокойно заснул, и Арсений Николаевич сказал, что это первая веха на пути к выздоровлению. Два надувных матраса заполняют всю палатку, и Коля, пристроившись рядом с Витей, старается не шевелиться, чтобы не разбудить. Коля положил руку на голову товарища. Голова горячая, — очевидно, поднялась температура. Этого еще не хватало. Нужно во что бы то ни стало раздобыть доктора. Леха говорит, что недалеко от сопки в летнем стойбище пастухов кто-то заболел и, наверно, сейчас туда пригласили доктора. Коля уже договаривался с Лехой пойти в стойбище. Глядишь, с рассветом доктор сможет посмотреть, что с Витей. Но Леха неизвестно куда исчез — неужели ушел один?

Юнга попробовал тихонько подняться с матраса, но Витя сразу открыл глаза.

— Ты не думай, что я надолго свалился, — виновато говорит Витя. — Завтра утром я уже встану, и мы двинемся в район. А что сейчас делают на «Богатыре»? Интересно, знает уже дядя, что мы ушли из «Приморья»? Коля, а может, попробовать сейчас встать?

— Не притворяйся! — нарочито грубо оборвал Коля товарища. — Намочить платок в холодной воде?

Не дождавшись ответа, он потянулся за фляжкой, намочил платок и положил Вите на лоб.

— Скоро доктор прилетит. Разрешит, тогда и поднимешься. Да ты и без доктора выздоровеешь, только слушайся меня и не крутись. Не сбрасывай… — придержал он Витину руку.

— Да нет. Свет от костра. Режет, — Витя сдвинул платок на глаза и опять, кажется, забылся. Но едва юнга привстал, сразу забеспокоился: — Коля, ты где?

— Я тут. Не крутись! — тихо-тихо заговорил Коля, как бы убаюкивая товарища. — Ты лежи спокойно. Скоро Леха придет. Он тут где-то рядом. Мы с ним будем спать в палатке у Арсения Николаевича, так что ты не беспокойся, если меня рядом не будет. Знаешь, Вить, жалко, что мы оставили в «Приморье» твой приемник. Завтра ты настроил бы его, и узнали бы мы обо всех судах торгового флота… Наши дальневосточники сейчас ушли в Арктику, а черноморцы пришли из Антарктики. А кто-то плывет сейчас в тропиках, может, даже экватор пересекает… Твой приемник такой сильный, что в него и экватор был бы слышен. И с «Богатырем» связались бы, а то эту лагерную бандуру крути-верти, а дальше ста километров никого не слышно. Эх!.. Стоять бы сейчас за штурвалом… Капитан спрашивает: «На румбе?» Рулевой, как эхо, отвечает: «На румбе двести два!» Это я запомнил курс от Петропавловска на Владивосток… Вить!..

Около палатки послышались шаги, и почти одновременно просунулись две головы — Левши и Лехи. В руках у Лехи был какой-то мешочек, который он протянул Коле.

— Однако, держи. Трава камчатская. Заваришь, Вите дашь. Пить будет. Дед пил. Здоровый стал.

— Ось де вiн був! Траву сбирав? А мене Арсенiй Нiколаевич шукать тебе налажував. А трава ця нехай полежить… Доктора скажуть, що пити, що не пити.

— Дед пил! — обиделся Леха. — Такой травы нигде, кроме Камчатки, нет. Доктор знает, старый камчадал тоже знает.

— Тихесенько, без паники. Володя, мабуть, спить! — остановил Леху Левша. — То ж був старый камчадал, а ты молодий камчадал. Ты що, у современну медiцiну не вiришь? У радянсьских лiкарiв? Ты же, Леха, книжнiк прозываешься? Сознательна людина! А то — знахарство.