61 час (в сокращении): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Тогда он может не явиться. Не подчиниться моему приказу.

— И этим себя выдаст.

— Так что? Я их вызываю?

— Я бы вызвал, — сказал Ричер.

Холланд стал звонить. Сначала было семь разговоров — с четырьмя женщинами и тремя мужчинами, охранявшими миссис Солтер. Разговоры были щекотливые. «Кто-то из ваших коллег — убийца. Не доверяйте никому, кроме себя». Потом он сделал общий вызов по радиосети и приказал всем остальным полицейским, где бы они ни были и чем бы ни занимались, и дежурным, и свободным, прибыть в полицию в течение получаса. Ричер счел это небольшой тактической ошибкой. Лучше было потребовать немедленной явки. Может, это и не ускорило бы дела, но дать им пусть и короткий срок — значит предоставить убийце время и пространство для действий. Притом в идеальной обстановке хаоса и недоумения, когда полицейские мчатся по всему городу. Это будут рискованные полчаса.

Холланд вставил микрофон на место:

— Ким Питерсон еще не знает.

— Не сообщайте ей по телефону, — сказал Ричер.

— Понимаю. Я звоню дежурному. Хочу, чтобы сообщили ей вы. Дежурный вас отвезет, а через час заберет оттуда.

— Вы серьезно? — удивился Ричер.

— Самому мне некогда. У меня здесь будет дел невпроворот.

— Да кто я такой? Это ваша обязанность, не моя.

— Вы должны ей сообщить, — сказал Холланд. — Я просто не могу. Хорошо?

Калеб Картер знал понемногу о самых разных вещах, но отрывочно и не систематически, и это не приносило ему дивидендов — ни в виде хороших отметок в школе, ни в смысле возможности устроиться на хорошую работу. Он пошел в Департамент исправительных учреждений. Его обучили и приписали к ночной смене в окружной тюрьме. В смене из четырех человек он был новеньким. Работа в ночной смене легкая. Камеры запираются до их прихода и отпираются, когда они уже сдали дежурство. Задача одна: следить, не понадобилась ли кому-нибудь из заключенных срочная медицинская помощь.

Это предполагало десять обходов за ночь — каждый час. Понятно, большинство обходов пропускалось. Проще сидеть в дежурке, играть в покер или смотреть порно по Интернету. Но вчерашние беспорядки в тюрьме штата встряхнули здешний персонал. Старший смены постановил, что сегодня ночью будет два обхода, однако прошло уже четыре часа с начала смены, а они не сделали и первого. Так что теперь речь могла идти только об одном обходе. Естественно, совершит его Калеб, новенький. Он отправится скоро, но не прямо сейчас, потому что путешествует по сайтам с голыми девицами. Работа подождет.

Ричер выбрался из «форда» перед дорожкой к дому Питерсона и подождал, когда дежурный отъедет. Потом направился к дому. Он шел словно в белом туннеле. Сугробы слева и справа возвышались на пять футов. На развилке дорожек он свернул влево. Дул сильный ветер. Местность была равнинная, открытая. Так сильно Ричер никогда еще не мерз.

Перед дверью он замер на секунду, потом поднял руку и постучал. Самый страшный звук на свете. За полночь, семья полицейского одна в доме, стук в дверь. Хороших известий быть не может. Ким все поймет в первый же миг. Она открыла. Короткий взгляд, и от надежды не осталось и следа на лице. Не муж. Он не уронил ключи в снег. Не напился до того, что не может найти замочную скважину. Она упала. Как будто под ней открылся люк.

Калеб Картер взял черный фонарь с полки у двери. К стене был привинчен большой блокнот с ручкой на шнурке. Калеб записался на пятый обход. Предыдущие четыре записи были липовые. Он вышел из дежурки в коридор.

В окружной тюрьме содержались по большей части местные, которые не нашли возможности внести залог. Ждали суда. В двухэтажном здании, V-образном в плане, было шестьдесят камер — по пятнадцать в секции. Все камеры были заняты.

Калеб начал с дальнего конца восточного крыла на первом этаже. Дошел до конца, повернулся кругом, включил фонарь и уже медленнее пошел обратно. Камеры располагались слева. Спереди забраны решеткой; справа в камере — кровать; в заднем левом углу — раковина с туалетом. Напротив кровати — стол.

На кроватях лежали люди. В большинстве — спали под серыми одеялами, храпели. Некоторые бодрствовали.

Калеб дошел до угла и проверил первый этаж западного крыла. Пятнадцать камер, пятнадцать кроватей, пятнадцать человек на кроватях, двенадцать спят, трое не спят, больных нет.

Он поднялся на второй этаж, восточное крыло. Картина та же.

Мимо лестницы — в западное крыло. Первая камера, человек под одеялом, не спит. Вторая камера, человек под одеялом, спит; третья камера — то же самое.

И далее по коридору. В шестой камере лежал толстый, тот, который ни с кем не разговаривал. Только с байкером из седьмой.

Но байкера в седьмой не было. Седьмая камера была пуста.

Ричер не успел поймать Ким, она упала на пол веранды. Он нагнулся и подсунул руку под ее плечи. Она была без сознания. Он продел другую руку ей под колени и поднял, отнес ее в комнату и опустил на потертый диван рядом с печью.

Ричеру случалось видеть женщин в обмороке. Он не раз стучал в двери после полуночи. Он знал, что делать. Как и все остальное в армии, ему подробно это объясняли. Обморок при потрясении — это обычная вазовагальная реакция организма. Частота сердцебиения падает; сосуды расширяются; гидравлическое давление, нагоняющее кровь в мозг, уменьшается. План помощи — из четырех пунктов. Первое — подхватить пострадавшую. Тут он оплошал. Второе: уложить ее, чтобы ноги были повыше, а голова ниже — под действием тяжести кровь прильет к мозгу. Это он сделал. Ноги Ким лежали на подлокотнике дивана, а голова на сиденье. Третье: проверить пульс. Это он сделал. Пульс был нормальный. Четвертый пункт: активизировать пострадавшую громкими криками или легкими пощечинами. Последнее всегда казалось ему жестокостью по отношению к овдовевшей. Но он пересилил себя. Заговорил ей на ухо, тронул ее щеку, похлопал по руке.

Ким Питерсон открыла глаза. Он спросил:

— Вы меня помните?