Она провела кубиком льда по головке моего члена.
— Что, черт возьми, ты делаешь?
Я сжал зубы, чтобы как-то перебороть ощущение сильного холода в паху. После такой ледяной ванны член потерял былую твердость.
— Мы должны остудить тебя немного, а то ты и минуты не выдержишь. — Зажав мои яички в своей холодной руке, она добавила: — Мой Ваня, может, ты сам меня выгонишь после сегодняшней ночи.
— Это маловероятно, Рыжик. Просто ты решила поквитаться со мной, вот и все. Но и я в долгу не останусь, запомни это!
— Значит, око за око, зуб за зуб, мой дорогой.
Она взяла пояс и чулки. Проведя шелковой тканью по моему животу, а затем и в паху, она сказала:
— Я не причиню вам зла, доктор Козак. Я даю вам право выбора. Кем вы хотите видеть меня сегодня, девственницей или шлюхой?
Стараясь не терять контроля над собой, я сделал глубокий вдох.
— По-моему, ответ очевиден. Ни одна девственница не решилась бы на такое, а вот продажная женщина вполне могла бы.
— Значит, шлюха.
С этими словами она опустилась на колени и застегнула на себе пояс. Затем она села возле меня и уперлась ногой мне в бок. Она натянула черные чулки поочередно на обе ноги. Когда она подняла ногу, чтобы натянуть чулок на бедро, я уловил аромат, исходивший от ее лона.
— От тебя пахнет публичным домом в самый разгар ночи.
— Это потому, что я ужасно мокрая. У меня по ногам течет, видишь?
Она развела ноги так, чтобы я смог увидеть тонкую струйку, стекавшую по внутренней поверхности ее бедра. Увидев ее в этом поясе и чулках, с киской, жаждущей соития, я почувствовал, что мой член обрел былую твердость.
— Доктор Козак, моя пизда была такой же мокрой каждый день с тех пор, как я встретила вас.
Пэш редко пользовалась такими выражениями. Но когда она это делала, ее слова доводили меня до безумия.
— Мне нравится, когда ты сквернословишь. Сделай это еще раз, милая, я хочу это слышать.
— Мой Ваня, что именно ты хочешь услышать? Ты хочешь, чтобы я рассказала, что я буду делать с твоим членом или, быть может, с твоими яйцами?
— Нет, я хочу, чтобы ты говорила о своей киске. Расскажи мне, какая она мокрая.
Мой член набух и задрожал.
— Я хочу, чтобы ты позировала для меня, как в моих журналах.
Пристегнув чулки к поясу, она встала на колени и широко развела ноги.
— Видишь, моя киска горячая, мокрая и скользкая, все это из-за тебя, Хочешь попробовать меня на вкус, доктор Козак?
Она провела средним пальцем руки между ног и стала мастурбировать на моих глазах. Затем она села мне на грудь и вложила тот же самый палец мне в рот.
— Вот так, высоси мой сок. Покажи мне, как ты жаждешь мою киску.
Я набросился на ее палец, желая, чтобы на его месте оказался ее клитор. Проведя пальцем по моей нижней губе, она произнесла:
— Пока достаточно. Пора приниматься за дело.
— Пэш, сядь мне на лицо, позволь мне облизать тебя.
Я невольно потянул за галстуки, стараясь ухватиться за нее. Она соскользнула с моей груди и взяла в руку повязку на глаза.