Все золото Колымы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— И отказались бы от своей профессии великих разгадывателей тайн, — посыпал солью Вовкины раны полковник Петров. В его кабинете и происходил наш разговор. — А не интересует ли вас, лейтенант, неизвестный «доброжелатель», известивший о золоте в саквояже Ванилкина? Кстати, недостающие четыре с половиной килограмма золота вами уже обнаружены?

— Николай Васильевич, все, что мы могли сделать, — это расспросить людей, работающих поблизости от телефонного автомата в аэропорту. В то утро продавщица цветочного киоска обратила внимание на пожилого человека со странной внешностью: он выглядел как персонаж из старых немых фильмов.

Странный незнакомец подошел к автомату и куда-то позвонил. Продавщице показалось, что он был чем-то обеспокоен, поскольку часто и тревожно оглядывался. Не исключено, что это и был интересующий нас «доброжелатель». На всякий случай я записал все, что смогла вспомнить цветочница. Рост средний, мешковат, здорово сутулится, возраст — за пятьдесят, но бороду теперь носят и молодые, поэтому насчет возраста она сомневается. Из-за соломенной старомодной шляпы цвет полос не смогла разглядеть, зато хорошо запомнила, что глаза голубые. Такие редко встретишь.

Вот и все...

— Что ж, словесный портрет составить можно, только нынче бородатых мужчин — миллионы, голубоглазых тоже наберется прилично. Так что без особых примет вряд ли что получится. И все же, хлопцы, надо выйти на этого благотворителя. Во что бы то ни стало!

...В тот день Вовка так смешно злился, что немного размягчил мое сердце, полное жажды мести. Кстати, мое семейное расследование проходило более успешно. Мне удалось обнаружить местопребывание супруги. Сначала ее подруга с бесстрастностью робота сообщала мне: «Гражданин, вы ошиблись номером». Но через неделю телефонной осады и нескольких вечерних бдений у подъезда до разговора со мной снизошла сама Надя: «Конечно, вам (каково — это мне-то) в своей милиции ничего не стоит узнать адрес любого жителя Москвы, но вряд ли ваше начальство поощряет, когда это делается в личных интересах».

И повесила трубку. На следующий день в строй вступила подруга и не без злорадства поставила меня в известность: «Для вас Нади никогда нет дома. Так что не тратьте двухкопеечные монеты». Заняв у сослуживцев четвертной, я отправил Наде через цветочный магазин букет роз — на корзину пришлось бы разорить весь отдел.

Поздно ночью неожиданно позвонила сама Надя.

— Добрый вечер! — должно быть она только что возвратилась домой. Часы показывали три часа ночи. Интересно, кто ее провожал и откуда? — Я понимаю, что средневековые правила хорошего тона требуют снабжать дам сердца цветами. Но позвольте осведомиться, как товарищ офицер надеется протянуть до зарплаты, которая будет только через неделю?

Надя помолчала, видимо наслаждаясь моим бешенством, и добавила:

— И вообще, перестань сходить с ума, пингвин!

Я не успел осведомиться, почему именно «пингвин», но, судя по Надиному тону, меня не так уж ненавидели.

На следующее утро, когда я пришел на службу, окна в кабинете были широко раскрыты. Только что прошел грибной дождик, и на Петровке появился дефицитный озон. Солнечные лучи задумчиво бродили по лицу актера Баниониса. Этот портрет мой друг вырезал из кинокалендаря. Николай Васильевич, заходя к нам, всегда демонстративно отворачивался от крамольного «в таком учреждении» портрета, но не говорил ни слова.

— Бонжур, коллега, — приветствовал меня Вовка. Он сосредоточенно колдовал над какими-то бумагами. — Погодка-то, а, разгулялась! Как писал поэт, «Дождь покапал и прошел. Солнце в целом свете...»

— Любопытно, товарищ лейтенант, — заинтересовался я, — чем это вызвано ваше отличное настроение?

— Грандиозная победа, старина. Друзья из Магадана прислали добротную нитку...

— Какую еще нитку?

— Ту самую, ухватившись за которую мы сможем раскрутить дело Ванилкина. Ты только посмотри, какие молодцы!

Вовка протянул мне фотографию. Обычный снимок, явно увеличенный: проступало зерно, и на самом краешке виднелся полумесяц печати. Выдвинутый вперед лоб, прическа под модных когда-то битлов, баки, короткие усики...

— Ну и что же это за ниточка?

— Гражданин Барабанов Константин Перфильевич — работа неизвестного мастера. И этот самый Константин Перфильевич — дружок нашего Ванилкина. Год назад катался в отпуск одновременно с ним, эту традицию продолжил и в нынешнем году. Вылетел на несколько дней позже Ванилкина и тоже взял курс на столицу.

— Так-так, становится теплее. Значит, не исключено, что это и есть идейный руководитель нашего «баскетболиста»?

— Осторожнее, старина, ниточки распутывать надо нежными руками. Первое — это поближе познакомиться с Константином Перфильевичем.

— Беда только, что желание это не обоюдное, и найти Барабанова не так-то просто...

— Товарищи из Магадана беспокоятся о твоем драгоценном времени и дают еще одну ниточку. В предыдущий приезд, как показала сожительница Барабанова, он останавливался в гостинице «Алтай», что рядом с ВДНХ. Правда, какая гостиница приютила его на этот раз — неизвестно, но друзей в Москве у него вроде нет и по старой памяти он непременно отправится в «Алтай», Итак, ориентировочно попробуем назначить ему свидание там...

Минут пятнадцать мы простояли наедине с сакраментальной табличкой «Свободных мест нет», пока по ту сторону барьера не появилась администратор.

— Добрый вечер, товарищи! С табличкой ознакомились? — ласково осведомилась она. — Через два дня от нас уезжают участники форума орнитологов, и тогда, не исключено, вы сможете претендовать на свободное место...

Мы предъявили свои удостоверения, администратор сразу же начала излучать доброжелательность и озабоченность.

— Чем могу помочь в вашем деле, товарищи? — Она оглянулась на гражданина, скучающего в кресле, и перешла на заговорщицкий шепот. — Неужели происшествие, связанное с проживающими в нашей гостинице гражданами? Это, поверьте, было бы крайне неприятно всем работникам...

— Успокойтесь, все в порядке с вашими постояльцами. Нам хотелось бы выяснить, нет ли среди них некоего Барабанова Константина Перфильевича с Чукотки?