— Не самые лучшие, но и такие сойдут, — скривилась миссис Мо, нашлёпывая венок на свою шишковатую голову.
насмешливо загукали голуби на ветке.
— Мени! — взъярилась миссис Мо. — Влезай на дерево и поймай этих гадких птиц! Я начиню ими пирог!
Но голуби взмахнули крыльями, и были таковы.
— И какой кому прок — птичий пирог? — насмешливо хихикнул мистер Мо, но тут же, убоявшись гнева жены, поспешил объяснить: — Я хотел сказать, что птичкам лучше петь, чем в печи сидеть. Ты согласна со мной, Матильдочка? — пискнул он, льстиво заглядывая ей в глаза.
— Нет, нет и нет! — выпалила миссис Мо. — Они ещё запоют у меня! Мани! — окликнула она третьего брата. — Вели тому человеку замолчать!
По дорожке катил свою тележку мороженщик и звонким голосом распевал весёлую песенку:
Майкл и Джейн не успели подивиться появлению здесь мороженщика, а трое братцев уже клянчили у мистера Мо:
— Папа! Папа! Папа! Дай пеннй! Пожалуйста!
— Никакого мороженого! — прошипела миссис Мо. — Нет у нас лишних денег!
— Матильда! — взмолился мистер Мо. — Можно, я отдам им счастливые монетки с платья миссис Корри?
— Это на чёрный день, а не на глупости!
— Опомнись, Матильда! Какой чёрный день? У нас же всегда светит солнышко!
— А ночью? — невпопад буркнула миссис Мо. — Во всяком случае, эти денежки мои! И учти, Сэмюэль, с сегодняшнего дня всё твоё становится моим! Эй, убирайся отсюда подобру-поздорову! — крикнула она мороженщику. — И больше не появляйся здесь со своими дурацкими песенками!
Мороженщик покатил дальше, распевая во всё горло:
— Ой-ой-ой! — грустно подпел ему мистер Мо. — Но рано унывать, ребята! — взбодрился он. — Нам же предстоит свадебный пир! Миссис Хиккори, где вы сядете?
Милые ямочки снова обозначились на щеках миссис Хиккори.
— Она нигде не сядет, Сэмюэль! Её не приглашали! — рявкнула корявая миссис Мо.
Ямочки пропали, и миссис Хиккори сжалась.
— Но, Матильда!.. — попытался урезонить жену мистер Мо, краснея до ушей.
— Прошу не возражать! — отрезала миссис Мо, подкатываясь к столу. — Что такое? — грозно спросила она. — Кое-чего недостаёт! Ага! Пропал персик! Исчез апельсин! А кто ел мой яблочный пирог?
— Эт-то я… — пролепетал, заикаясь, Майкл. — Т-только м-маленький кусочек! Попробовать.
— А я взяла персик! — прошептала Джейн.
Ох, нелегко было признаваться под тяжёлым, свирепым взглядом миссис Мо!
— Ах, так! — Шишковатая тётка с ненавистью уставилась на детей. — А кто приглашал вас?
— Видите ли, — робко начала Джейн, — этот парк сделала я… И вдруг… сама не знаю как… я оказалась… э-э-э… вернее, оказалось, что… я, оказывается, стала совсем маленькой… и…
— Джейн, будь добра, не экай и не мекай. Отвечай, когда тебя спрашивают, чётко и ясно. Майкл, не стой с разинутым ртом! Ворона залетит! — неожиданно раздался такой знакомый голос.
— Мэри Поппинс! — радостно воскликнул Майкл.
Под лютиком стояла коляска с малышами. Над ней невозмутимо высилась стройная, опрятная фигурка в чёрных туфлях на пуговках, в шляпке с тюльпаном, на руке её покачивался попугайный зонтик.
— О! Мэри! Наконец-то! Лучше поздно, чем никогда! — воскликнул мистер Мо.