— Подайте-ка мне вон тот молоток, — потребовал голос Кингсли.
Гэри нагнулся и, подняв тяжелый молоток, протянул его доктору.
— Проклятье! — простонал Херб. — Мы целыми днями только и делаем, что подаем вам молотки, гвозди и гайки! Мне они во сне уже снятся.
В наушниках раздался смешок доктора Кингсли. Он стукнул молотком по одной из поперечных перекладин и слегка изменил ее угол.
Гэри запрокинул голову и поглядел на спиральную башню машины, что уходила в черную космическую даль, утыканную жесткими глазками звезд. Где-то там, за ними, край Вселенной. Где-то там живут существа, назвавшие себя Космическими Инженерами. Живут и сражаются с неведомой опасностью, угрожающей Вселенной. Он попытался представить себе эту опасность… Опасность, способную грозить гигантскому вместилищу энергии и материи, которое люди зовут Вселенной, — живому, расширяющемуся организму, замкнутому кривизной времени и пространства. Но рассудок спасовал перед громадностью задачи, и Гэри бросил эту затею. Думай не думай, а объять необъятное человеку не дано.
Из ангара вышел Томми Эванс и зашагал по взлетному полю, радостно махнув им рукой.
— Мое корыто готово, дело за вами! — крикнул он. Кингсли, возившийся с призмами у основания машины, выпрямился и пробасил:
— Мы тоже готовы.
— Ну что ж, тогда поехали! — заявил Херб. Кингсли посмотрел наверх.
— Потерпите немного, — сказал он. — Мы сейчас удаляемся от прямой линии связи с Инженерами. Подождем, пока планета сделает еще один оборот. Мы не можем удерживать искривление постоянно. А если бы и могли, вращение Плутона все равно его исказит. Когда мы запустим машину, она автоматически будет поддерживать заданное искривление, пока Плутон не повернется на сорок пять градусов.
— А что, если мы не успеем до этого вернуться с края Вселенной? — спросил Гэри. — И Плутон повернется больше чем на сорок пять градусов? Тогда мы выпадем из изгиба и окажемся замурованными в межгалактическом пространстве?
— Не знаю, — ответил Кингсли. — Я доверяю Инженерам.
— Конечно, — вмешался Херб, — мы все им доверяем. Очень надеюсь, что они знают, что делают.
Все впятером они потащились по тропе к главному лабораторному шлюзу.
— Перекусим чего-нибудь, — сказал Кингсли, — как следует выспимся — и в путь. Мы все порядком притомились.
Набившись всей толпой в тесную кухоньку, они уселись и принялись поглощать дымящийся кофе с бутербродами. Возле тарелки Кингсли лежала стопка радиограмм, которые принес доктору Тед. Кингсли раздраженно их пролистал.
— Психи, — прогудел он. — Сотни психов. И у каждого своя безумная идея, еще безумнее нашей. А самая безумная — у правительства. Нет, вы только послушайте: правительство запрещает нам продолжать работу. Приказывает прекратить! — Он возмущенно фыркнул. — На основании какого-то дурацкого закона, принятого Лигой Чистоты сто лет тому назад и до сих пор не отмененного! Закон, видите ли, дает правительству право прекратить любой эксперимент, опасный для жизни и грозящий потерей имущества.
— Лига Чистоты по-прежнему в силе, — сказал Гэри, — хотя и работает теперь в основном втихаря, под прикрытием. Во всем этом, разумеется, замешана политика. — Он залез в карман куртки и выудил оттуда желтую бумажку. — Я и забыл про нее за всеми нашими хлопотами.
Гэри протянул бумажку ученому. Тот развернул шуршащий листок, напечатанный космотайпом на «Космическом щенке».
Кингсли яростно сжал листок в кулаке.
— Когда вы его получили? — загремел могучий бас.
— Пару часов назад, — сказал Гэри. — Им потребуется несколько дней, чтобы до нас добраться.
— Мы смоемся отсюда раньше, чем они увидят в своих иллюминаторах Плутон, — заявил Томми Слова его с трудом пробились сквозь громадный кусок бутерброда.
— Так-то оно так, — согласился Кингсли, — но все равно меня это бесит. Проклятое правительство вечно вмешивается не в свои дела. Тоже мне, судьи нашлись! А главное, они совершенно уверены в собственной непогрешимости! — Кингсли злобно зарычал на бутерброд, зажатый в огромной ладони, и яростно впился в него зубами.
Херб обвел кухоньку взглядом.
— А ведь у нас, друзья, прощальный ужин, — сказал он. — Жаль только, выпить нечего Не мешало бы провозгласить тост за Солнечную систему, прежде чем покинуть ее. Такое дело не грех и отпраздновать.
— Мы и отпраздновали бы, не раскокай ты бутылку скотча, — напомнил ему Гэри.
— Черт побери! — возопил Херб — Да не раскокай я эту бутылку, ты бы все равно ее вылакал давным-давно! — Он вздохнул и загородился от Гэри кофейной чашкой.
Кингсли оглушительно расхохотался.
— Погодите минуту, ребятки! — сказал он и, подойдя к шкафу, смахнул с полки два ряда овощных консервов. Взглядам присутствующих предстала литровая бутыль с янтарной жидкостью. Кингсли поставил ее на стол. — Сполосните-ка свои чашки! Бокалов у нас нет.