Глава X
ДРУГОЙ ОТЪЕЗД
После завтрака оба бельгийца направились в комнату, где был заперт господин Шифт.
Когда они вошли туда, палеонтолог не двинулся из-за стола, за которым он сидел. Он все еще лихорадочно писал. Возле него скопилась куча листов, черневших исписанными строчками.
— Он все еще пишет, — удивился Беран. — Что он пишет, хотелось бы мне знать?
Они подошли к столу. Резким движением палеонтолог повернулся к ним, и на его добром лице появилась веселая улыбка. Его маленькие глаза за круглыми очками блестели. Он положил перо на стол и с чувством удовлетворения потер руки.
— Дело идет, идет на лад, — сказал он радостным тоном.
— Ах, какая работа. Только мне хочется кончить ее как можно скорее. Я так боюсь забыть какие-нибудь важные подробности или интересные указания… Я не хочу слишком полагаться на память.
— Как жаль, — прибавил он после непродолжительного молчания, — что там не было господина Норе и господина Мессена. Они могли бы сообщить мне много других подробностей.
Райнар наклонился к своему спутнику и шепнул ему на ухо:
— Любопытно, что он не говорит о Беккете. Помнит ли он, что тот умер?
— Возможно, — ответил Беран.
Ученый продолжал с еще большим воодушевлением:
— Громадная работа. И какие неизмеримые результаты. Целая революция в науке, и не в одной только палеонтологии. Геология, антропология, минералогия, ботаника, — да что я говорю? — все смежные отрасли знания испытают колоссальный сдвиг.
И, как бы удовлетворившись таким эпитетом, он повторил его еще два раза, покачивая головой.
— Да… колоссальный… колоссальный…
Беран и Райнар переглянулись.
— Что, если я ему скажу, — шепнул Беран, — что я также отправляюсь в болото? Как вы думаете, можно проделать этот опыт?
Райнар колебался.
— Бедняга. Эта новость может вызвать у него новый припадок. Сейчас он более спокоен.
— Кто знает, — настаивал Леон. — Мы все же попробуем. Если даже мои слова вызовут припадок безумия, бояться нечего. Оно не перейдет в бешенство.
— Пожалуй, попробуйте, — согласился Райнар.
Беран подошел к Шифту, осторожно положил руку на плечо ученого и произнес твердо, уверенно, с расстановкой:
— Господин Шифт, я еду сегодня же вечером на поиски Норе и Мессена. Я проеду через болото.
Мертвенно-бледный, с глазами, блестящими сквозь круглые очки, с исказившимися чертами лица, ученый, задыхаясь, встревоженно лепетал:
— Вы… вы едете?.. Несчастный… О, не делайте этого… Они там… Они вас убьют… Ах, как это ужасно. Не ездите туда, мой молодой друг… Бедный Беккет… Они его убили…
Он схватил руки Берана и устремил на него взор, полный тоски. Он сильно дрожал всем телом. Голос у него пропал, но он продолжал двигать губами, испуская невнятные звуки.
— Я предвидел это, — вздохнул Райнар. — Опять начался припадок. Оставим его лучше.
— Да, это правда, — согласился Беран. — Один он скорее успокоится.
Бельгийцы сейчас же направились к двери, но ученый бросился к Берану и, уцепившись за его рукав, закричал:
— Вы хотите отправиться туда, невзирая ни на что. Ну что ж! Будьте осторожны. Не сопротивляйтесь, если они набросятся на вас. Что бы они ни делали с вами, не сопротивляйтесь… О, какой ужас!..