О маленьких рыбаках и больших рыбах. Наш аквариум: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Закинул. Сразу не понравилось — мелко. Посижу все-таки, думаю. Клюнуло. Тащу, окунек небольшой. Снова закинул. Сижу и жду. Не клюет долго. Сижу тихо. Вдруг в двух шагах от меня как плеснет вода, так волны вокруг и пошли. А через минуту, напротив меня, под другим берегом заводи такой же плеск послышался почти одновременно в двух местах. Какая-то рыба большая, думаю.

Сидел, сидел, не клюет. Скучно стало. Решил идти к Шурке, хоть и досадно было, что он опять (который уж раз!) прав оказался.

Шурка и Вася неподалеку были. Шурка, как увидел меня, спрашивает насмешливо:

— Ну, где же твои большие-то окуни?

— Мелко там очень, потому их и нет. А место с виду для них подходящее. А ты поймал его?

— Да у нас тоже плохо. Васютка подъязка поймал порядочного. А я — только трех маленьких сорожек. Плохо клюет сегодня — жор начался.

Вася достал из корзинки довольно крупного язика, показал его мне и говорит:

— Как он, Шурик, у меня рваться-то начал! Насилу вытащил.

А я спрашиваю Шурку:

— Как ты сказал — «жор начался»? Что это за «жор»?

— Будто не знаешь? Ну, щучий жор. Щука жрать начала. Слышал, как она бьет, плещется? Вот мелкая рыба и попряталась и не клюет.

— А разве щука не всегда другую рыбу ловит и ест?

— То-то и есть, что не всегда. Жор у ней бывает раза три в лето. Первый жор — рано весной, второй — вот сейчас, а третий — в конце лета будет. А когда так и четыре раза бывает, а то и пять. Когда как.

В это время как раз снова раздался плеск неподалеку от нас, да такой сильный, что я даже вздрогнул. А Шурка говорит:

— Ишь, что делает! Кабы жерлички были, вот бы поставить.

— У меня, — говорю, — есть жерлички, я из города их привез.

— Что же ты мне не сказал? Взяли бы их с собой и были бы сегодня со щукой. Завтра давай поставим их. А сегодня, видно, без рыбы будем.

А я все о своем думаю.

— Шурка, — говорю, — ты не знаешь местечка здесь, на заводи, где бы и глубоко было и кусты бы из воды росли?

— Ишь, как тебе большого-то окуня захотелось! Ну, вот там глубоко — против перевоза, у дамбы. Там дамба через заводь сделана, дорога проложена. Только там удить нельзя — заросло так, что и воды не видно.

— Пойдем, Шурка, туда! Я еще раз попробую.

— Что ж, пойдем! Здесь не клюет, все равно надо на тот берег попадать, по дамбе перейдем.

Идти довольно далеко пришлось. Шли, шли, так далеко зашли, что опять против Людца оказались. Прямо против перевоза. Через заводь здесь, действительно, была проложена дамба с трубой для прохода воды под самой ее срединой. Оба бока дамбы густо обросли ивовыми кустами — должно быть, она из фашинника была сделана, он и пророс. Померял я удилищем глубину у дамбы — довольно глубоко, аршина два-три. Только вот беда — так густо растут кусты, что и лесу забросить некуда. Впрочем, возле самой трубы удалось мне найти местечко с квадратный аршин, просвет такой между кустами, а рядом с ним второе такое же, прямо против трубы.

— Шурка, — говорю, — давай попробуем удить? Я здесь, а ты вот здесь, рядышком.

— Да, как же, стану я крючки засаживать! Я лучше на Сну пойду, там буду удить. Пойдем со мной! Я там хорошее местечко знаю.

Как ни привык я Шурку слушаться, но на этот раз не послушался — уж очень живо встали в памяти дедушкины рассказы. Место точь-в-точь такое, как он говорил: и глубоко, и кусты, и листья кувшинки за ними плавают, а вот и синяя стрекоза шуршит сухими крылышками над водой.

— Нет, — говорю, — не пойду. Здесь останусь.

— Охота крючки терять да леску рвать, так оставайся. А только ничего ты здесь не поймаешь.

И ушел. И Вася за ним поплелся.

Стал я опять разматывать большую удочку, а сам волнуюсь: неужели и здесь ничего не будет и Шурка опять прав окажется?