— Каких делишек? — спросил Тимур. Ребята на автомате потянулись за мечами.
— Го-го-го ребята, неужели вы думаете, что сможете справиться с гномом? Меня не интересует, чем вы занимались этой ночью. Но ваш вид сам говорил о том, что вы чуть ли не с демонами с преисподни сегодня схлестнулись. — Я только сейчас заметил маленький рост трактирщика.
— Налей еще своей водки. — Гном без лишних вопросов наполним нам кружки.
Второй заход более основательно прочистил нам мозги.
— Видели, как запылал «Красный закат»? С приходом императора этот город стал чище… — начал нести всякую ахинею трактирщик. Про то, как он любит империю, славных солдат и так далее. Похоже, он не заметил, как напряглись ребята, услышав название трактира. Пошла третья кружка. Все повеселели. В трактир ворвался Кей.
— Тильмар, беда. Полковник решил кого-то в жертву принести у себя в палатке. Никто заходить к нему не хочет вот все на поиски отправились за тобой. Может, зайдешь, выяснишь.
Кей хороший пацан лет пятнадцати. Пошел в армию, как только узнал, что у него дар к магии огня и у Вармаше начали набирать солдат. Как он мне сказал, деревня ему осточертела. Самый сильный наш маг. Мечтает поступить в академию после окончания войны. Маги с ложи уже его заметили и обучают, когда имеют свободное время.
— Ну, идем Кей. Но если полковник занимается тем, о чем я думаю, вы все очень пожалеете завтра что оторвали меня от хорошего пойла. И не посмотрю на приказ полковника, относится к магам полегче.
Кей опустил голову и направился в лагерь, а я за ним. В лагере, похоже, все поняли, что происходит в шатре у полковника и только прятали свои головы, чтоб я не мог вычислить шутника.
— Где крики Кей? — взревел я на сопляка. Хмель уже ударил в голову, и я решил воспитать этого молокососа прямо здесь.
— Успокойся Тильмар, — мне на плечо положил руку Джен.
Наш штатный целитель. Маг воды. Уже двадцать лет как служит в армии. Был направлен в наш полк после боя. Он прошептал заклинание, и хмель выветрился с головы.
— Извини, Кей. Что-то я нервный сегодня. — Кей сделал жест рукой, что он все понимает и скрылся с глаз.
— Я наложил купол, никто ничего больше не услышит.
— Спасибо, Джен.
— Не за что. Эти молокососы так боятся нашего полковника, что им уже всякое чудится.
— Тогда какого хрена они перешли к нам в полк?
Джен ничего не ответил, только улыбнулся и ушел к себе в палатку. Вот сволочи не только напиться нормально не дали, да еще и то, что держало пошло коту под хвост. Я уже собрался вернуться в таверну, как увидел еле волочившихся пьяных ребят. Пить самому не хотелось. Плюнул на землю и пообещал себе, что встану рано утром, и сорок седьмая сотня у меня кровью на тренировке умоется. Они поймут, что не надо шутить с помощником полковника.
Проснулся я поздно. Девушка лежала справа от меня и мирно сопела, а демонесса полностью оккупировало мое тело. Похоже, постель оказалась для нее жестче, нежели мое тело. Я, стараясь ее не разбудить, встал и начал одеваться.
— Тебе понравилось? — все-таки не разбудить ее не получилось.
— Я смутно все помню.
— Конечно, смутно, ты даже не сопротивлялся, просто отдался своему инстинкту самца. Не скажу, что это было плохо. Для первого раза даже ни чего. Хочешь, продолжим? — Ламия скинула с себя одеяло, давая мне возможность оценить ее тело. Сонливость уже сошла с меня, и я начал вспоминать свои постельные подвиги.
— Нет. Возможно, ночью повторим.
— Ты уверен? — Ламия стянула одеяло с девушки и начала целовать ее тело.
— Можно и продолжить, если ты так этого желаешь и тебе не нужны еще души. — Демонесса забыла про девушку, моментально вскочила и прижалась ко мне.
— Души это хорошо, которую таверну сегодня уничтожим?
— Сначала выполни свою часть договора и сними с девушки «Узду страсти», не надо ее трогать.
— О, какие мы благородные. О прислуге трактира ты даже не вспомнил, просто отдал мне. Чем она лучше?
— Тем, что она не по своей воле оказалась в трактире. Прислуга же знала, чем занимались ее наниматели, и они не доложили страже, даже после того, как я уничтожил всех главарей ночных гильдий.
— Это ты себе такое оправдание придумал…