- Она оставила записку?- спросил я, набирая ее номер, но опять попадая на голосовую почту.
Харлоу покачала головой.
Я прошел мимо нее, делая два шага вместо одного, прежде чем снова сорвался на бег. Этот день становился с плохого чертовски ужасным. Я рывком открыл дверь в спальню и от тишины, что встретила меня, у меня подогнулись колени. Я мог видеть небольшой отпечаток на кровати, где несколько часов назад она паковала багаж. Харлоу была права. Она ушла. Блэр не оставила никаких следов. Она нуждалась во мне. Наш малыш нуждался во мне, но я снова был с Нан. Я заслуживаю быть брошенным.
Я закрыл за собой дверь до того, как прислонился к стене и сполз на пол, плача. Опасение потерять Нан было страшным, но мысль потери Блэр и нашего ребенка была невыносимой. Я не заслужил Блэр. Я обещал ей, что всегда буду рядом, тем не менее, моя семья продолжала тянуть меня прочь. В это время я понял, что хватит позволять это. Но что если я опоздал?
Я тряхнул головой и вытер слезы с лица. Я хотел найти ее и умолять. Я бы унижался. Я бы сделал все, что угодно. Потом я бы не оставил ее снова. Ни ради кого.
Глава 23
Блэр
- Вот она. Не очень, но она моя, - сказал мой папа, когда ступил на лодку с небольшой каютой, где, я была уверена, имелась только одна кровать. Я надеялась, что также там была какая-то софа.
Я была так рада, когда вышла из самолета в небольшом аэропорту и увидела ждущего меня Эйба. Я волновалась, что потратила мои последние сбережения на билеты на самолет, чтобы увидеть человека, который не захотел тогда явиться. На этот раз он пришел из-за меня.
- Хорошая новость - здесь есть две койки и широкая кровать. Я буду спать на койке, а ты можешь располагаться на кровати. Это будет удобней для тебя и ребенка. Я сходил в магазин и купил некоторые вещи для тебя. Некоторые вещи, которые, я знаю, тебе нравятся. Холодильник маленький, но также здесь есть кулер со льдом, я держу в нем вещи, чтобы они были холодными.
Я стояла на поношенной лодке и видела характерные черты моего папы. Его любимая рыболовная шляпа, которую ему подарила мама на один из Дней Отца, когда я была маленькая, висела в каюте на крючке. Коробка для снастей, которую мы с Валерией когда-то купили ему на Рождество, стояла в углу с удочкой, которую он купил, когда мы ездили на семейный отдых в Северную Каролину. Я не знала, что он все еще хранил эти вещи.
- Это идеально, пап. Спасибо, что позволил приехать сюда. Просто мне нужно было уехать, - сказала я, переводя взгляд на него.
Его усы и бороду нужно было подстричь, но я все еще могла видеть, что его губы выражали неодобрение.
- Что случилось, медвежонок Блэр? Ты казалась такой счастливой неделю назад. Как все могло настолько ухудшиться так быстро?
Пока я не хотела об этом говорить.
- Я спала в самолете, но не выспалась. Прошло больше, чем 24 часа, как я спала в кровати. Можно я сначала вздремну? - спросила я.
Папа выглядел еще больше расстроен тем, что я была уставшей.
- Ты не должна была заставлять себя. Почему ты летела всю ночь? Не важно, расскажешь позже. Просто зайди внутрь и направляйся в заднюю комнату. Я принесу твой чемодан. Места не много, но мы справимся.
Я не заботилась о том, чтобы помыться в маленькой ванной комнате или переодеться. Я настолько устала, что ни о чем не беспокоилась.
- Я просто хочу спать, - заверила я его.
Кровать занимала всю "спальню". Она касалась каждой стены. Я медленно подошла к ней от дверного проема и скинула обувь, прежде чем свернулась калачиком и быстро уснула.
Когда я проснулась, приближался вечер. Легкое покачивание судна успокаивало. Я была благодарна, что я не страдала морской болезнью. Было бы плохо, если бы было наоборот. Растянувшись, я села и потянулась к карману, чтобы вытащить телефон и включить его. Я бы избегала этого. Но Раш уже должен был знать, что я ушла, и он был бы расстроен. Пока что я не была готова с ним разговаривать. Мне все еще нужно было некоторое время, чтобы решить, что дальше делать.
Когда я включила телефон, то не проверила голосовую почту или текстовые сообщения. Я просто засунула его обратно в карман и поднялась из маленькой каюты на главную палубу. Папы здесь не было, но в аэропорту он упоминал, что он работал на пристани и ему нужно было идти туда во второй половине дня. В обмен на это они разрешали ему продолжать ставить его судно в док бесплатно.
В маленьком холодильнике было несколько бутылок воды и, взяв одну из них, а так же банан из корзины с фруктами с верхней полки холодильника, я пошла, чтобы посидеть на солнце. Было прохладно, но солнечно. В Лос-Анджелесе была похожая температура.
- Эйб знает, что ты на его лодке? Я уже не поражаюсь, что к нему незаконно пробираются женщины, - кто-то спросил позади меня низким голосом. Я развернулась и увидела парня около двадцати пяти лет, он стоял в лодке, пришвартованной около лодки моего папы. Он был без рубашки, а джинсы низко висели на бедрах. Было очевидно, что он занимается физическим трудом. Он был стройным, но крепким. Его каштановые волосы обесцветились на солнце и были стянуты в низкий хвостик. Несколько прядей выбилось. Я не могла увидеть его глаз, потому что он был в авиаторах (солнцезащитные очки от Ray Ban - прим. перев.)
- Ты разговариваешь? - спросил он, ухмыляясь, и сделал глоток с бутылки с водой, которую держал в руке.
- Да, - ответила я, все еще немного испуганно. Я не предполагала, что у папы есть "соседи". Ради Бога, это была лодка. Как много людей живет на этих суднах?
- Где Эйб? Или ты пришли сюда без приглашения? - он был беспощаден в своем допросе.
- Я не знаю. Я только что проснулась, а его нет, - я ответила.
Парень поднял одну бровь.