Гроб своими руками: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

ПРОГУЛКИ ПО АНДЕГРАУНДУ. ПРОГУЛКА ПЕРВАЯ. Ексакустодиан Измайлов.

Ну вот, мы и подошли к самому пикантному. Если вы заметили, в нашей социологической таблице 5% самоубийц оказались не удовлетворены по некоторым "другим соображениям". Это извращенцы. Чего они добивается? Того же, что все. Как им угодить? Очень просто:

1. Ваш кавалер признался в мазохизме. Воспользуйтесь. Купите плетку и лупите его. Лупите, лупите, сколько душе угодно. Только не отворачивайтесь, не затыкайте уши. Лупите настойчиво, терпеливо, долго, лупите старательно. Вслушайтесь в его последние слова. Слушайте внимательно – истина рождается на пороге смерти, все прочее - вздор. Старайтесь проникнуть в последние глубины человеческих страданий. Бейте мужика сильнее и сильнее, отчаяннее и садче, и вы почувствуете, как ритм вашей жизни сливается с ритмом смерти. После ночи с мазохистом вы станете Колумбом, Ньютоном, Гагариным! Вы даже не представляете, сколько новых чувств откроет плетка и ночь с мазохистом. Бейте, бейте! Стегайте! Хлестайте! Лупите! Полосуйте! Рвите его кожу, мясо, нервы. Пусть с каждым хлопком вздымаются красные хлопья на черной спине. Пусть этот извращенец, которому полагалось быть мужчиной, мачо, орет на всю улицу, город, Вселенную! Пусть он умоляет вас остановиться - не выпускайте плетку, бейте, пока он не кончит, пока не перестанет вопить, пока не расползутся кости на его теле, пока есть силы в ваших руках. Сожмите зубы, заорите сами, только не кидайте плетку. И пусть даже вы сделаете из мазохиста десять отдельных кусков, и сотню, и вообще кашу, мягкою жижу - без костей, без цвета, без запаха - пятно на земле! - кончайте лишь тогда, когда силы сами оставят вас. За одну ночь вы получите столько удовольствия, что вам хватит на всю оставшуюся жизнь в стабильной и предсказуемой постели.

2. Вы встречаете парня. Он обаятелен, глуповат, к тому же, оптимист: на все вещи смотрит с улыбкой. Вы влюбились и пригласили его на стакан чая - понятно. Он приходит, но вынимает из портфеля не пирожные с вишенкой, а папу скальпелей, плоскогубцы, полуметровый тесак, паяльную лампу, кованые ремни, плеть с гибкими прутьями, какие-то ржавые крючки, - по-хозяйски раскладывает свои странные причиндалы на столе и признается в садизме.

Кричать бесполезно. Самая распространенная ошибка в вашем случае - открыть рот. Садиста паника страшно возбуждает. Заорете - не видать вам больше ни собственных ушей, ни собственного носа - в буквальном смысле слова. Лучше сделайте вот что. Постарайтесь вспомнить: «Этот парень имеет массу положительных качеств, которые меня очаровали: он обаятелен, глуповат, к тому же оптимист, умеет смотреть на любые вещи с улыбкой». Деликатно напомните ему об этом. Не поможет - любите его таким, каков есть. Аминь.

ПРОГУЛКИ ПО АНДЕГРАУНДУ. ПРОГУЛКА ВТОРАЯ.

Чтобы не тратить время на рассмотрение всех бытующих извращений (этим занимаются летописцы соответствующего профиля), я предлагаю остановиться на одном универсальном отклонении, объединившем в себе эксбиционизм (маниакальная потребность во всеобщем внимании), садизм (жажда властвовать над всеми, кто проявил к нам хоть каплю интереса), мазохизм (претензия принять на себя все плевки, пощечины и грехи мира, которые только водятся на этой земле), гетеросексуализм (идолопоклонство перед женской плотью), гомосексуализм (небезразличное отношение к совершенной мужской плоти), вуайеризм (потребность подсматривать, подслушивать жизнь в моменты ее наивысших оргазмов и потрясений), педофилию (нескончаемые поиски воплощенного ангела) и многие другие, пусть и менее популярные, извращения - это гениофилия.

Гениофилия до сих пор не поддается доскональному изучению ни со стороны потных аналитиков, ни со стороны быстроногих популяризаторов клубнички, журналистов. Как правило, гений не спешит поделиться своими срамными мыслями и мечтами, "закутывает" их в дикие фантазии и "преображает так, что не узнаешь лица его". Зачастую он вообще не знает, чего добивается.

По крайней мере, не того, что все.

Мазохист спит и видит вооруженную женщину, фетишист - махровые тапочки, эксбиционист - стадион восхищенных зрителей. Короче, все спят и что-то видят. Что-то приятное. Гениофил спит и видит кошмары. Не потому, что ему это приятно, а потому, что они ему снятся. Когда же он видит нечто, по нашим представлениям, приятное, то моментально опошлит.

Если вы думаете, что гениофил - это непременно "поэт" или "прозаик", "политик" или "преподобный" церкви, то вы окончательно запутались в жизни. Он, может быть, и поэт, но только не тот, что послушно сидит на одном месте, и спокойно укладывает в рифму патетические декламации. Прежде всего, он - высшая форма сексуальной дисгармонии, урод, каких мало, а уже потом, - "поэт", "политик" и все остальное.

Гениофилия по праву является наиболее презираемым извращением. Существует историческое, религиозное отвращение к гениям со стороны женщин и радикальной общественности. Гения принято ненавидеть паче вора, тунеядца, злодея из нового американского фильма, Ленина, Гитлера и Сталина. Почему?

Да потому что гениофил постоянно выпендривается. Достигая более высокой степени концентрации, чем она бывает у нас между простынями, эта змея невольно переносит святая святых жизни - любовь - значительно выше наших постелей, туда, где совершенно другие правила игры, где любовь уже не в дисгармонии с уродствами рождает трагедию, а в гармонии с истиной производит красоту. Словно ему недостаточно жены в кровати.

Представьте себе: вы (а вы, разумеется, умный человек) и дурак. Дурак о чем-то болтает, ну, точь-в-точь как вы, только по-своему, глупо, но совершенно искренне. Вам захочется его убить?

А теперь с другой стороны: дурак и вы. Разумеется, вы по-прежнему умный человек. Только теперь вы о чем-то говорите, а он лишь молчит и терпит. То есть, он думает точь-в-точь как вы, но по-своему, глупо. Поэтому он вас убьет, вот увидите.

То же самое с гениями. Здоровая часть животного сообщества, заклеймившая справедливым позором любое извращение, столкнувшись с гениофилом, инстинктивно понимает: если его не убить сегодня, то когда? Сюсюкающий двадцатилетний Достоевский не столь опасен, как Достоевский-идиот или Достоевский в гробу. В гробу гений неожиданно поднимается на такую высоту, что вести речь о том, чтобы огреть его дубиной по башке или зарядить в лицо оплеуху, бессмысленно. Ибо поздно.

Можно ли исправить гениофелию, пустить ее в умеренное русло животного гетеросексуального согласия, подвергнуть психотерапевтическому воздействию?

Не смешите!

Оригинальный совет, как поступить с угодившей в клетку белой вороной дает маркиз де Сад, этот отмеченный дегенерат всех времен и народов: "Вам удалось запереть меня в тюряге, но убейте меня или принимайте таким, каков я есть, потому что изменить меня вам не удастся".

Прекрасно понимая, что выход из клетки заказан, оставаясь на протяжении жизни непонятым и неприкаянным, не догадываясь о том, что истинное спасение обретается лишь в деле строительства гроба, о чем я никогда не устану повторять, гениофил лишь умножает бесчисленные язвы и пороки, открывает новые и новые извращения. Одним из таких извращений является некрогениофилия. Зачем ему это надо? Затем, что публика, которой добивался гениофил (и порой весьма успешно), видите ли, не способна утолить его утонченных запросов: она груба, воспринимает лишь поверхность слов, хороший голос, игру красок, но никогда не проникает вглубь, до корней и основы основ. Поэтому гениофил к ней охладевает и вступает в связь с другим гением, таким же чудовищем, как он, однако не существующим (уже или еще)... То есть, партнер нашего гениофила либо уже в гробу, либо еще не родился, что в принципе одно и то же. Поскольку контакт двух живых гениофилов принципиально невозможен из-за адекватного поля, в котором присутствуют все компоненты самоубийцы, их любовь развивается, так сказать, платонически, "духовно", "полу вопреки".

ПРОГУЛКИ ПО АНДЕНГРАУНДУ. ПРОГУЛКА ТРЕТЬЯ.

На прошлой лекции я погорячился - наехал на гениев так, словно им завидую. Сегодня постараюсь исправиться - выявить светлые стороны гениофилов.

Что хорошего и позитивного содержится в гении? И как это использовать с выгодой?

1. Гения можно цитировать, на него можно опираться, находить в нем мелкие человеческие пороки и подгонять его под свой росток.

2. Дождавшись смерти гения, можно покупать и продавать его картины; соответственно, их вешают и снимают, обсуждают и критикуют, пользуются, а потом перевешивают. Произведения гения составляют золотой фонд и репутацию любого города и государства. К сожалению, пока ни один город, ни одно государство не изыскали других действенных способов к повышению репутации. Если кто-то полагает иначе, то это очередная "малоценная иллюзия". Ни деньгами, ни бомбами “любви не обрящешь".

3. Стихами и музыкой гениев можно вдохновлять, прельщать, пугать, восхищать и повергать в трепет. Их учат наизусть, исполняют с листа на экзаменах, затем складывают листы в макулатуру и меняют на толстые книги гениев, которыми можно не только затыкать толстые щели в квартире, но даже - сидеть на них, использовать в качестве сейфа, чтива, "самого лучшего подарка", когда средства не позволяют купить нормальный подарок, или просто поставить на полку, сделав при этом умное лицо, - пусть нас считают интеллектуалом.

4. Трупы гениев имеют наилучшие показатели качества, поскольку служат дисбалансом наихудшей жизни. Они имеют "вторую жизнь", а иногда и вовсе "бессмертны". Вторая жизнь гения несоизмеримо «лучше» первой.

5. Смерть гениофила - событие предопределенное, благословенное и в высшем смысле неслучайное. При этом следует иметь в виду: вхождение гения в гроб не есть смерть. Гроб для гения - обретение жизни. Тогда как собственно земное существование гениофила лишь с огромным числом оговорок совпадает по смыслу с животным понятием "жизнь".

На прошлой лекции я упоминал, что в поле гениофила присутствуют все компоненты самоубийцы. В противном случае, он бы не выпендривался. Люди, находящие отраду в благах земли, не спешат в зону самоубийства. Если нормальному человеку и случится в нее попасть, то это - полная катастрофа, беда и жестокое недоразумение, - как правило, он отсюда уже не вылезает - кончает с собой или предоставляет наложить на себя руки первому попавшемуся несчастному случаю. Другое дело, гениофил.

Гений не выключен из контекста жизни, он изначально находится вне ее пределов. Зона самоубийства для него - земля обетованная, отлучение от которой смертельней, чем отлучение от земли земного гражданина. Гений дышит там, куда все приходят умирать. Таков же и свободный плотник. Принципиальная разница между нами лишь в том, что гений периодически ноет и жалуется, а свободный плотник - никогда.