— И что, это оказалось правдой?
— Не знаю, но я пил это вино очень долго, и вот, как видите, жив до сих пор.
— И что, оно у вас до сих пор есть?
— Нет, конечно. То, что я забрал с собой, когда уезжал из Италии, кончилось давно.
Все дружно посмеялись.
— Я постоянно пополнял запасы вина, но, естественно, тот урожай должен был когда-то закончиться.
— И что?
— Последний раз «Лакрима Кристи» 1896 года я выпил на свое сорокалетие.
— А что же вы делали потом?
— Потом я начал пить 1897 год.
— Так, а сейчас у вас какой год?
— Сейчас я пью 1968 год.
— И никакого другого вина вы не пили в своей жизни?
— Никогда, только «Лакрима Кристи» из Кампании.
— А сколько вы выпиваете?
— Ровно один литр. Я обедаю в семь вечера и начинаю пить вино, ровно в одиннадцать я допиваю последний бокал и ложусь спать.
— И так каждый день?
— Да.
— А жена, дети?
— Да, жена знала об этом, я всегда предлагал ей тоже стаканчик, но она не любила вино.
— Ее уже нет?
— Да, 17 лет как я один, дети — в Европе.
— Так, а что продавцы?
— Они быстро поняли, что это вино для меня много значит.
— Да, тут не трудно догадаться.
— Да, ведь вино оберегает Валтасар.
— Так, ничего не понимаю, вы сами себя оберегаете?
— В некотором роде, но ведь вы знаете, что такое Валтасар?
— Нет.
— Валтасар с ассирийского значит — тот, которого оберегает Бог.