Презумпция любви: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Я почему-то не могу… — сказал он и прижался губами к смятым волоскам. Поднял голову, виновато улыбнулся. — Ты такая красивая, и эта прокурорская квартира… Светланка… — И снова прижался губами к ее горячему телу.

А она улыбалась, благо он не смотрел больше на ее лицо, ей нравился такой Малышев, ну просто чудо! А его поцелуи были слаще… всего. И тут в дверь позвонили. Она торопливо подтянула трусики, поправила юбку.

— Неужто мать?

— Я так и знал, — обреченно сказал Малышев, торопливо напяливая джинсы.

Звонок в дверь смолк, щелкнул замок, мать знала, что она сейчас дома, готовится к выпускным экзаменам. Она вскочила с дивана, побежала в прихожую, услышав голос матери. Да и хорошо, что побежала, а то бы мать увидела Саню в клетчатых трусах… А дальше было то, что вспоминать не хочется. Саня убежал, даже носки свои оставил у ее дивана. Зачем он их снял? Можно ведь было и в носках… Потом, после грубого разговора с матерью, она готовилась к экзаменам, да как готовилась? То и дело мысли возвращались к Сане. Теперь, когда он не смог, когда растерялся, она верила ему больше, чем когда-либо. И уже точно знала, что станет его женой. И плевать на то, что думают об этом другие, включая и собственную мать.

Ночью она положила его носки рядом с собой и нюхала их Носки как носки, пахнут потом, но не очень. А все же — пахнут, ЕГО потом! И так приятно было вдыхать этот запах и думать, что завтра они встретятся, она вернет ему носки, а он? Что-нибудь придумает для новой встречи? Ведь понял, что она согласна, тоже хочет… Никогда не думала, что мужские носки могут так приятно пахнуть…

Светлана тяжело вздохнула, спрятала лицо под подушку.

— Саня, я люблю тебя, только тебя одного. И я дождусь тебя, обязательно дождусь! Мы снова будем вместе, Саня…

Слезы катились по ее щекам, и скоро наволочка стала влажной. Подумала — надо было хоть носки его взять, теперь бы спала с ними, дышала их запахом. Да вот не догадалась! Теперь плачь и думай, какой дурой была.

Он же потом стал обалденным любовником, и вообще, с ним она жила как в сказке. Ну да, это была сказка, и она… да просто сама себя не помнит. Счастье — как его запомнить? А оно не запоминается. Оно проживается и… уходит.

Глава 4

— Пас! Пас! Дай мяч, козел! Ну, сука, я тебе рога поотшибаю за это!

Судья свистнул — перерыв, и разгоряченные футболисты отправились на свои скамейки. Это был не матч высшей лиги по мини-футболу, а состязание двух команд в колонии общего режима. Первой бригады со второй. Новшества министра Грызлова дошли и до этих действительно не столь отдаленных от Москвы мест. А и вправду, городок Дорохин во Владимирской области не так уж далеко от столицы. И то, что здесь осужденные играют в мини-футбол, тоже понятно, потому что недалеко от столицы и журналисты снимают этот поединок, чтобы потом заявить на всю страну — в наших лагерях и тюрьмах все нормально. Правда, специального зала для игры не имелось в наличии, но была волейбольная площадка, на ней и играли.

— Козел этот Бадя, я ж ему орал — дай мне пас, мудак! А он сам поперся… — сжимая кулаки, сказал худощавый мужик лет тридцати со злыми серыми глазами.

— Заткнись, Диван, — с досадой сказал Малышев. — Бадя правильно все делал, только забить не смог.

— И мы проигрываем этим козлам! — махнул рукой Диван. Такая была у него кличка. Ну а какой она может быть у человека по фамилии Иванов, да еще с именем Дмитрий? Д. Иванов — и есть Диван.

— Ну и что?

— Малыш, тут полный привет. Ни хрена мы не тянем против них. Ну, если бы мы с тобой вдвоем против двоих, тогда другое дело. А так… полный бред.

— Ты думаешь?

— Да точно знаю. Бадю не нужно было брать в команду.

— Да вроде крепкий мужик…

— А тупой до невозможности. Нет, Малыш, тут нам вряд ли подфартит. Ну, лады, будем биться…

— Погоди хоронить, Бадя, иди-ка сюда.

— Чё надо, Малыш? — пробурчал огромный брюнет, подходя к Малышеву.

— Будешь играть в защите. Если что — коси их нападающих. Ты все понял?

— Лады, Малыш, — флегматично сказал здоровяк, пожимая плечами. Посмотрел на Дивана и добавил: — Будешь орать на меня, мячиком попаду — и сломается… Диван.

— Дождется этот громила, скажу Бронку, он ему быстро рога поотшибает! — прошипел Диван, когда Бадя отошел.

— Остынь, — сказал Малышев.

Они с Бадей попали в колонию в один день почти восемь месяцев назад, и поначалу оба чувствовали себя прескверно, поэтому держались друг друга. Бадя, люберецкий бандит, пришел сюда на пять лет, Малышев на три года. Если учесть, что месяц сидел под следствием, осталось еще два года и три месяца. Вообще-то приняли их нормально, Вадим помог, снабдил нужными рекомендациями, как вести себя на первых порах, да и пахану «привет» с воли прислал, попросил присмотреть за другом, не давать его в обиду. Но пахан блюдет воровские законы, и если человек слаб и не может постоять за себя, никакой пахан ему не поможет. Тот же Диван, он уже отмотал три года из семи, попытался сделать из Малышева «шестерку», получил жесткий отпор, успокоился, а вот другие не сразу поняли, с кем имеют дело. Несколько раз Малышеву приходилось драться с тремя, а то и больше противниками. Устоял. Как-то они вместе с Бадей выдержали в умывальнике атаку сразу десятерых отморозков. Битва еще та получилась, и они по крайней мере не проиграли. Узнав об этом, пахан сказал зачинщику:

— Не можешь — не берись, усек? Еще раз рыпнешься — будешь иметь дело со мной.