Детектив США. Выпуск 6: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Я знаю, что вы читали газетные отчеты тех дней. Они далеко не полные. О первых часах вообще нет речи. Жульет разительно переменилась. Едва я обращался к ней, она начинала кричать. А главным моим врагом стал Шарль Жирар.

Мы с ним встречались раз или два. Я знал, что он меня недолюбливает. А на Жульет он всегда смотрел, как голодный волк на кусок мяса. Может, он и стремился найти убийцу, но мне показалось, что тогда ему более всего хотелось устранить соперника, претендующего на руку и сердце Жульет.

Жирар выслушал нас, но не поверил ни единому нашему слову, не поверил или не захотел поверить. Ему уже все было ясно. Как и предугадал Бернардель, он знал о моей связи с Лангло и Элом Дженкинсом и не допускал мысли, что я хотел помочь другу. Обвинил меня в распространении наркотиков.

Предположил, что я обвел Бернарделя вокруг пальца, чтобы с его помощью сблизиться с полковником Вальмоном, самым опасным врагом наркомафии. Документально доказал, что, после того как я стал работать на Вальмона, пять или шесть расставленных ловушек остались пустыми. Кто-то, пользующийся полным доверием полковника, выдавал его секреты. Жирар заявил, что секреты выдавал я. Он обвинил меня в том, что я использовал Жульет. В свое последнее утро Вальмон сказал Жульет, что догадался, кто из высокопоставленных деятелей сотрудничает с торговцами наркотиками. Имя он не назвал, опасаясь за ее жизнь, но собирался назвать его мне. Жирар предположил, что Вальмон действительно назвал это имя, и мне не осталось ничего другого, как убить его, чтобы никто не узнал пособника террористов и торговцев наркотиками. Он сказал, что я вновь обманул Бернарделя и убедил его подтвердить мое алиби.

Объяснил и причину, по которой Бернардель помогает мне: тот верил, что я сражаюсь на его стороне.

Диггер коротко рассмеялся.

— Несколько минут чаши весов колебались. Я видел, что Бернардель потрясен. Версия — Жирара могла соответствовать действительности. Я мог лгать ему с самого начала. Мог распространять наркотики. Мог использовать его, чтобы войти в контакт с Вальмоном и Жульет. Мог убить полковника, узнав, что тот вышел на человека, прикрывающего торговцев наркотиками… Бернардель знал, что я в курсе замыслов полковника, что побывал в квартире Вальмона в то утро, когда его убили. Трудно сказать, как поступил бы я, окажись на его месте. Возможно, бросил бы на съедение волкам. И когда его спросили напрямик, не выдумка ли эта история с алиби, я почти не сомневался, что Бернардель во всем признается. Но он ответил: «Это не история, это — факт».

Диггер поставил пустой бокал рядом с бутылкой виски.

— Едва ли Жирар или кто-то из полицейских поверили Бернарделю. Жульет не поверила наверняка. Но Бернардель занимал такое положение в правительственной иерархии, что его слово не вызывало сомнений у власть имущих. Не знаю, что происходило за закрытыми дверями, но Бернардель убедил своих собеседников в моей невиновности. Допускаю даже, что он поделился с ними своими сомнениями, но все равно убедил отпустить меня, чтобы потом я вывел их на крупных дельцов.

Однако главное для меня заключалось в том, что у Жульет никаких сомнений не было. Она уверовала, что я лгал ей с самого начала, просто использовал ее, чтобы шпионить за отцом. Я не смог встретиться с ней наедине, поговорить, объясниться. Жирар стал ее защитником, всячески оберегал ее от меня, внушал, что я — предатель. И в конце концов добился своего… женился на Жульет.

Диггер замолчал. Минуту спустя, видя, что продолжения не будет, Шамбрэн задал ему вопрос:

— Но оставшись с вами наедине, Бернардель наверняка изложил свою истинную позицию?

— О, он снова и снова заверял меня, что ни на секунду не сомневается, но посоветовал на некоторое время уехать из Франции, так как не гарантировал моей безопасности. Черт, они не могли гарантировать безопасность даже своему президенту. Я же не хотел уезжать.

— Почему?

— Мой дорогой друг, — улыбнулся Диггер, — у меня оставался один шанс помириться с Жульет-найти настоящего убийцу ее отца, мужчину, который спустился по пожарной лестнице и уехал в «пежо».

— Вы думаете, что узнаете его, увидев вновь?

— Едва ли. Я видел его только со спины. Но в одиночку я бы не справился. Рассчитывать на помощь французских правоохранительных органов не приходилось. Они относились ко мне с нескрываемым подозрением. Через моего друга я вышел на одного из руководителей Интерпола, Международной организации уголовной полиции. Ее штаб-квартира располагалась на тихой улочке Поль Валери в центре Парижа.

Не знаю, что вам известно об Интерполе, но это не полиция в привычном смысле слова. Это — коммуникационный центр, связывающий шестьдесят с лишним стран на всех континентах.

У Интерпола есть средства радиосвязи, архивы. В них хранятся сведения о десятках и сотнях тысяч преступников, их имена, клички, приметы, отпечатки пальцев. Члены Интерпола постоянно извещают штаб-квартиру, если в поле их зрения попадает кто-то из известных преступников. Так что, если полиция Нью-Йорка хочет побеседовать с контрабандистом, орудующим на международном уровне, она связывается с неприметным домом на улице Поль Валери и, скорее всего, получает точную информацию о том, где находится нужный ей человек.

Я попросил подготовить мне список торговцев наркотиками, оперирующих во Франции. Список я получил не слишком длинный, и он не оправдал моих ожиданий. Убийц среди них не было. Они только торговали наркотиками, проявляя при этом чудеса изворотливости. Кое-кого ловили за руку, сажали в тюрьму, они выходили на свободу и вновь принимались за старое. Как я уже говорил, за торговлю наркотиками во Франции карали не слишком строго. Сотрудник Интерпола предположил, что разыскиваемый мною убийца — скорее всего, оасовский террорист и не значится в их архивах. Досье на таких людей хранятся в Разведывательном управлении французской армии. Там мне мило улыбнулись, поговорили со мной о погоде и выпроводили за дверь.

Лишь тогда я узнал, что единственной силой, противостоящей международной торговле наркотиками, является Федеральное бюро по борьбе с распространением наркотиков.

Как обычно, американцы узнают о том, что делается у них в стране, только за границей. Федеральное бюро направляло агентов в помощь полиции других стран, чтобы отсечь производителей наркотиков от рынка сбыта. Римское отделение бюро ежегодно прилагало руку к аресту шестидесяти или семидесяти отъявленных преступников. Мне удалось войти в контакт с одним из лучших агентов. Не сразу, но он поверил мне. Когда же он высказал некоторые догадки, волосы у меня встали дыбом. Агент, звали его Сэм Лоринг, держал постоянную связь с полковником Вальмоном. Как я уже говорил, Вальмон подозревал, что кто-то из высокопоставленных государственных деятелей Франции помогает торговцам наркотиками и террористам ОАС. Список подозреваемых он передал Лорингу. В нем значилось семь фамилий. Обладателей четырех я знал лично.

Список начинался с Поля Бернарделя, моего друга и защитника. Ему первому я рассказал о Лангло, и он без труда мог устроить так, чтобы механика убили до нашего приезда.

Мой друг, который свел меня с Вальмоном, знал, что я расскажу ему услышанное от полковника. Далее следовали месье Жак Делакру, тогда министр юстиции, теперь — посол, Шарль Жирар и Макс Кролл. Он управлял заводом Бернарделя в ФРГ, и я часто встречался с ним на различных автогонках.

— Кролл сейчас в отеле, — заметил я.

— Знаю. И это только начало, — продолжал Диггер, — потому что заседания Международной торговой комиссии, и у меня есть основания это утверждать, используются как ширма для встречи главных фигур заговора против де Голля. Мы обговаривали это с Лорингом. Поначалу я тоже сомневался, все-таки многие из этих людей не раз доказывали свою преданность президенту Франции. Лоринг ответил мне, что на этот раз ставки слишком высоки. И дело не только в деньгах, хотя прибыль может исчисляться миллионами. Речь идет о захвате власти во Франции. На деньги они могли и не поддаться. Но устояли ли перед таким искушением, как неограниченная власть?

— С тех пор прошло более двух лет, — заметил Шамбрэн.

— Менее месяца назад террористы вновь попытались убить де Голля. И я задал себе эти вопросы. Четверо из списка Лоринга собрались под вашей крышей, Шамбрэн. На торжественной встрече Бернарделя может появиться еще кое-кто. Может, «Бомонт» превращается в центр преступного мира? Вдруг кто-то из них возглавляет заговор против де Голля? И кто ответствен за смерть полковника Вальмона? — его кулак опустился на подлокотник кресла. — Более всего меня заботит ответ на последний вопрос. Я хочу принести Жульет голову убийцы ее отца.

— Даже если это будет голова ее мужа? — спросил Шамбрэн.

— Вчера она заговорила со мной, — Салливан словно не услышал вопроса. — Заговорила после всего, что произошло.