От Моры пахло пудрой и мылом «Блю грасс» от Элизабет Арден. Этот запах возбуждал Мартина и вызывал желание познать ее тело. Но это было бы неслыханным предательством. Мора должна стать его женой и подругой на всю жизнь, а не временной партнершей.
Казалось, она поняла это и бережно отстранилась.
— Сколько угодно, Мартин, — сказала она. — Но я не понимаю, что вас удерживает.
Тут на лестнице послышались шаги, а потом в дверь постучали.
— Мне что-то не спится. Чай не помог, — сказала Кит.
— Хочешь поговорить? — осторожно спросила Мора.
— Нет, я хочу на полчасика сходить к сестре Мадлен.
Кит всегда говорила, куда собирается. Вести себя по-другому в доме, где кто-то ушел на прогулку без всяких объяснений и не вернулся, было невозможно.
— Не знаю… Не поздновато ли? — с тревогой спросил Мартин.
— Сестра Мадлен — лучший утешитель на свете. Она всегда даст хороший совет, — сказала Мора.
Кит бросила на нее благодарный взгляд и убежала.
— Ах, если бы она могла утешить и меня… — Мартин никогда не откровенничал с морщинистой старой женщиной, которую большинство жителей Лох-Гласса почитало как святую.
— Наверно, все дело в том, что к ней слишком часто ходила Элен… Вы боитесь, что она чересчур много знает и может подумать, будто вы хотите у нее что-то выведать.
— Пожалуй, вы правы, — согласился Мартин.
— На вашем месте я не стала бы переживать из-за этого. Все, что ей говорили или не говорили, для других остается тайной. — Мора взяла свой кардиган и сумочку. — Я пойду, Мартин. Не хочу, чтобы Лилиан и Питер волновались. — Она храбро улыбнулась.
Если Мора Хейз и была смертельно обижена его нерешительностью, то не подала виду. Она помахала рукой Мартину, остановившемуся на пороге, и увидела, как колыхнулась занавеска в окне Кэтлин Салливан. Старая сплетница сможет подтвердить, что чокнутая свояченица доктора ушла из дома вдовца во вполне пристойное время. Спасибо и на этом.
— Объясни, почему эти экзамены имеют для тебя такое значение.
— Ох, сестра Мадлен, вы — единственный человек в Ирландии, который не знает, что такое выпускные экзамены. От этого зависит вся моя жизнь.
— Я бы так не сказала.
— Но это так Если я сдам экзамены, то поступлю в колледж на улице Катал Бруга, буду два года изучать там гостиничное дело, а потом пойду работать. Если не сдам, то ничего этого не произойдет и на мне можно будет поставить крест.
— Ты всегда можешь вернуться в школу и проучиться в ней еще год, — мягко ответила сестра Мадлен.
— Провести еще год с матерью Бернард и этими ужасными девчонками из пятого класса, которые будут смеяться надо мной? А Клио тем временем будет учиться в Дублинском университете? Нет, сестра Мадлен, я лучше умру. Мне хочется стать кем-то. Не только для себя.
— А для кого еще?
— Ну, для папы. Чтобы он не чувствовал себя дураком в баре Лапчатого рядом с доктором Келли. Но главным образом для мамы…
— Знаю. — Сестра Мадлен и в самом деле все знала.
— Я обещала ей чего-то добиться. Понимаете… давным-давно.
— Ты уже многого добилась. И добьешься большего.
— А эти экзамены — настоящие вехи. Что-то вроде верстовых столбов.
— Это тебе говорила мать?
— Нет. Это сказала Лена, мамина подруга. Та, которая присылает мне письма.