И что тогда? Десяти процентная надбавка к минимальному жалованию? Я тряхнула головой, чтобы избежать дальнейшего разочарования своей нерешительностью.
После того, как я облачилась в джинсы, облегающую футболку и кроссовки, я решила убрать свои длинные волнистые волосы в прическу соответствующую сегодняшнему дню.
Но не так-то легко, оказалось, приручить эти пружинистые завитки и часы показали мне, что сегодня это вряд ли удастся. Я нанесла тушь для ресниц, немного пудры и блеск для губ.
Может я и не модель, но я все-таки девушка.
– Доброе утро Габи! – Кричит мне из кухни мама, переворачивая на сковородке блин. Она сияет, а голубые глаза искрятся гордостью и любовью.
Ее светлые волосы, благодаря стараниям Морган, приобрели форму каре до подбородка, она одета в штаны для йоги и спортивный топ.
Донна преподает йогу и пилатес [2] в местном спортивном зале, и сказать, что она находится в хорошей форме, было бы преуменьшением.
У нее сногсшибательная фигура, но, слава Богу, она не досаждает нам пропагандой помешанного на спорте человека и не лишает любимой еды. Я лишь сожалею о том, что обычно по выходным слишком сильно страдаю похмельем, чтобы присутствовать на ее занятиях.
– Боже, мам, спасибо, – я изображаю смущение, хватая свежевыжатый фруктовый коктейль, который Донна делает для меня ежедневно. Это ее единственная полезная для здоровья лепта, внесенная в мою диету, с которой я мирюсь, потому что на самом деле они мне нравятся. А себе может оставить эти вонючие чаи и дерьмо вроде ростков пшеницы. Фу, гадость.
– Итак, судьбоносные двадцать лет, а, детка? Какие-нибудь особые планы? – интересуется папа, из-за газеты «Утренний Колорадо-Спрингс вестник».
Песочно-каштановые волосы Криса тщательно уложены, он безукоризненно одет в свой обычный костюм и галстук.
Являясь старшим менеджером инженерного отдела в "Локхид Мартин" [3], он определенно выглядел соответствующе: красивый, опрятный и пугающе властный с посторонними.
Но со мной он был той еще тряпкой. Когда я была ребенком, он привык строить со мной домики из одеял, а на каждом спектакле в начальной школе пускал слезу, даже если я играла обычное дерево.
– Получше чем торчать тут с вами двумя? – улыбаюсь я. – Не совсем. Может позже выйду, куда-нибудь с Морган.
– Звучит забавно. Так к какому времени я должен быть готов? – смеется он, подмигивая мне карим глазом.
Немногим людям удается увидеть эту сторону Криса. Будучи отставным солдатом ВВС и бывшим боксером в молодости, он, как правило, совершенно запугивает людей.
То же можно сказать и обо мне, что втайне заставляет меня задаваться вопросом, можем ли мы с ним на самом деле быть родственниками.
– Смотри-ка, похоже, еще одно зверское убийство, – произнес размеренно Крис. Донна предупреждающе смотрит на него, потом расстроено качает головой. – Вам, девочки, лучше бы сегодня быть поосторожнее. И биту свою не забудьте, – Она смотрит на меня поверх газеты.
Это для успокоения Донны. Крис обучал меня рукопашному бою, поскольку я была любительницей прогулок, и он был уверен, что я способна противостоять любому противнику.
Я несколько раз доказала это, вне зависимости от того была ли это задиристая девчонка или распоясавшаяся шпана.
– Обязательно, папа, – говорю я, налегая на бекон и испеченные к моему дню рождения блинчики.
Занятия – все та же утомительная, скучная путаница бесполезной информации.
Студенты судачили о Серийном убийце, и ходили слухи, что студенческий городок прикроют до особого распоряжения.
Третья молодая девушка была найдена с мелкими ранами на груди и шее. Словно этот псих искал самое уязвимое место.
Когда в холле на перемене я спокойно читаю, по спине пробегает дрожь, и я оглядываюсь вокруг.
– С днем рождения, красавица, – шепчет глубокий, бархатистый голос.
Поднимаю взгляд на своего хорошего друга, Джареда, лучезарно мне улыбающегося.
Мы близки еще со старшей школы, и меня всегда привлекала его непринужденная манера общения и искренность.
Ростом более шести футов, со сверкающими изумрудными глазами и твердым мускулистым телом, Джаред определенно намного лучше, чем просто "улов". Скромное добродушное поведение делает его гораздо более привлекательным.
Он мог бы уехать в любой колледж, какой захотел, чтобы играть в футбол, но когда три года назад его матери был поставлен диагноз рак молочной железы, он решил остаться в местном колледже.