— Всех их надо так, — сказал Спирька уже в чуме, кладя в рот сразу два куска оленины. — Всех по очереди.
— Точно, сынок, точно, надо, — поддакнул отец, с радостным оживлением подрезая кожу и, как чулок, стаскивая с волка серовато-бурую, в желтых подпалинах шкуру. — Так оно и будет.
А через час, когда Спирька исправно храпел в своем балагане, а возле чума шумела детвора, катавшая из снега огромную бабу, старик отогнал их подальше и свирепо крикнул:
— Тише вы!.. Спирьку разбудите…
1965