Американская фантастика. Том 4: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Но если бы даже и не произошло всей этой неприятной истории, касающейся меня и памяти моего отца, я считаю, что я все равно верил бы в неправомерность власти машин. Есть много людей, которых никак не обвинишь в том, что они ненавидят своих отцов и которые, насколько мне известно, согласны со мной. И я считаю, что ненависть эта заставляет меня не только верить в правоту этого дела, но заставляет меня также предпринимать какие-то действия по отношению к системе. Стрелка согласна со мной?

Часть зрителей утвердительно кивнула.

— Хорошо. Значит, пока все правильно. Я подозреваю, что большинство людей руководствуется в своих действиях низменными побуждениями, и боюсь, что медицинские данные поддержат меня в этом. Низменные побуждения в значительной части являются тем, что заставляет людей, в том числе и моего отца, действовать. Боюсь, что такова уж человеческая натура.

Пол глянул в линзы телевизионной камеры, представил себе миллионы зрителей, которые сейчас видели и слышали его, и подумал, доходит ли смысл сказанного им хотя бы до кого-нибудь. Он попытался найти какой-либо более живой образ, который поможет им понять его слова. Образ такой встал перед его мысленным взором, но он счел его неприемлемым, но за неимением ничего лучшего он все-таки привел его.

— Самые красивые пионы, которые мне когда-либо приходилось видеть, — сказал Пол, — росли почти на чистых кошачьих экскрементах. Я…

Звуки волынок и барабанов ворвались в зал снизу, с улицы.

— Что там происходит? — потребовал объяснения судья.

— Какой-то парад, сэр, — ответил один из стражников, выглянув в окно.

— А что за организация? — продолжал судья раздраженно. — Я их всех призову к ответу за подобное безобразие.

— Одеты как шотландцы, сэр, — сказал стражник, — а во главе их дюжина ребят, переодетых индейцами.

— Ну ладно, — с еще большим раздражением решил судья, — мы приостановим дачу свидетельских показаний, пока они не пройдут.

Кирпич грохнулся в окно зала судебных заседаний, осыпав градом осколков стекла американский флаг справа от судьи.

XXXIII

Лимузин государственного департамента, направляющийся в город Нью-Йорк, вторично пересек реку Ирокез в городе Айлиуме. На заднем его сиденье находились мистер Юинг Дж. Холъярд, шах Братпура, духовный владыка шестимиллионной секты Колхаури, и Хашдрахр Миазма — переводчик и племянник шаха. Шах и Хашдрахр, мучимые ностальгией по колокольчикам храмов, брызгам фонтанов и крикам стражи во дворе дворца, отправились теперь домой.

Когда вся эта экспедиция пересекала мост в прошлый раз, в самом начале их поездки, Холъярд и шах, каждый в соответствии с требованиями своей собственной культуры, были равны в своем блеске, а Хашдрахр был просто придатком в качестве третьего лица. Теперь иерархия путешественников претерпела некоторые изменения. Функции Хашдрахра расширились, и теперь он был не только языковым мостом между шахом и Холъярдом, но и промежуточной социальной ступенькой между ними.

Погруженный в размышления о загадочности человеческой натуры, которую так трудно определить велениями одной только доброй воли, мистер Холъярд всем своим видом являл полное отсутствие какого-либо ранга столь же очевидно, сколь доктор Холъярд представлял очень высокий ранг. И хотя он ни словечком не обмолвился своим подопечным относительно того, что сдача экзаменов по физической подготовке могла означать буквально жизнь или смерть для его карьеры, они почувствовали, что его положение разлетелось вдребезги сразу же, как только его принесли из гимнастического зала Корнелля и привели в чувство.

Когда Холъярд пришел в себя и, сняв совершенно истрепанные шорты и теннисные туфли, надел свой обычный костюм, в зеркале перед ним предстал не шикарный, одетый со вкусом космополит, а старый и разряженный в пух и прах дурак. Тут же были отменены бутоньерка, яркий жилет и цветная рубашка. Так один за другим исчезли аксессуары и символы неудачного дипломата. И теперь его наряд представлял комбинацию белого, черного и серого. Следует отметить, что и состояние его духа было окрашено в те же цвета.

И как бы только для того, чтобы показать, что ему еще оставалось что терять, последовал еще один сокрушительный удар. Персональные машины государственного департамента чисто автоматически, в соответствии с законами и порядками, с непостижимой для человеческого разума последовательностью возбудили против него дело в суде, поскольку он никогда не имел права на степень доктора философии, на свой классификационный номер, а если уж быть совершенно точным, то и на собственный текущий счет в банке.

«Я намерен выступить в вашу пользу», — писал ему непосредственный начальник, но Холъярд прекрасно понимал, что это было просто древнее магическое заклинание, которое ничем не поможет ему в джунглях металла, стекла, пластика и инертного газа.

— Хабу? — произнес шах, не глянув даже в сторону Холъярда.

— Где мы находимся? — спросил Хашдрахр у Холъярда, ради формы заполняя социальный разрыв, хотя, ей-богу, это братпурское слово было уже прекрасно известно Холъярду.

— Айлиум. Помните? Мы уже пересекали реку по этому мосту, только в обратную сторону.

— Накка такару туие, — произнес шах, кивнув.

— Мм?..

— Где такару плюнул вам в лицо, — перевел Хашдрахр.

— Ах, это! — Холъярд улыбнулся. — Надеюсь, что вы не увезете этот инцидент к себе на родину в качестве главного воспоминания о Соединенных Штатах. Это же ведь весьма странный, непоказательный, единичный и глупый случай. И он ни в коем случае не может считаться выражением темперамента американского народа. Этот неврастеник просто вынужден был проявить свою агрессивность перед вами, джентльмены. Заверяю вас, вы можете путешествовать по этой стране еще хоть шесть сотен лет и никогда больше не увидите ничего подобного.

Холъярд все время старался ничем не проявлять своей горечи. В эти последние дни своей карьеры он продолжал с печальным озлоблением безупречно выполнять свои служебные обязанности.

— Забудьте о нем, — сказал он, — и вспомните все остальное, что вам удалось увидеть здесь, и попытайтесь представить себе, какие преобразования может претерпеть ваша страна.

Шах задумчиво заквохтал.

— И при этом без каких-либо затрат с вашей стороны, — продолжал Холъярд. — Америка направит к вам инженеров и управляющих, специалистов абсолютно во всех отраслях, с тем, чтобы изучить ваши ресурсы, распланировать вашу модернизацию, проверить и классифицировать ваших граждан, организовать кредит, механизировать страну.