Настала очередь Гэвина. Из чувства долга Тилли обняла его и «клюнула» в щеку.
— Пока.
— Я все испортил, да? — Он выглядел подавленным. — Я разбил тебе сердце и теперь плачу за это.
Тилли храбро произнесла:
— Мы справимся с этим.
Когда Тилли села в машину, которой предстояло довезти ее до вокзала Паддингтон, Бэбс пихнула локтем Гэвина и сказала:
— Ты не собираешься дарить ей цветы?
«О Господи, не надо, от них жуткая вонь, как в зоопарке», — подумала Тилли.
— Вряд ли она захочет брать их с собой в электричку. — Так как план вернуть ее провалился, Гэвин явно не проявлял желания дарить ей цветы. — И они стоили двенадцать пятьдесят. — Он поспешно отступил, заметив, что в глазах Бэбс вспыхнул недобрый огонь. — Поэтому я, наверное, заберу их с собой и подарю маме.
Вероятно, именно так чувствуют себя магазинные воры, когда с натянутыми как струна нервами продвигаются по магазину и складывают в карманы всякую мелочь, в полной мере осознавая, что любой промах может привести к тому, что их поймают. Эрин изо всех сил старалась сохранять самообладание и дышать ровно, но никаких признаков того, что ужас отступает, не находила. В таком состоянии можно в любой момент совершить промах и выдать себя.
И без того сложное положение усугублялось тем, что она находилась в собственном магазине.
Отказавшись от идеи поработать с переносным отпаривателем — у нее так тряслись руки, что она с ним просто не справилась бы, — Эрин уткнулась в компьютер и сделала вид, будто все ее внимание поглощено распечатками. В трех футах от нее, передвигая на вешалке «плечики» с топами, Стелла Уэлш продолжала оживленно болтать со своей подругой Эми, которая находилась в примерочной кабинке.
— Кстати, вчера вечером я опять видела Фергуса. Столкнулась с ним в «Лисице».
«Это потому, что ты преследуешь его, — подумала Эрин. — Увидела, как он вошел в «Лисицу», и пошла за ним».
— Как он выглядит? — донесся из кабинки голос Эми, сопровождаемый громким шуршанием одежды.
— Честно? Бледный.
Сейчас же февраль.
— Кстати, я сказала ему, что он мог бы потратиться не несколько сеансов в солярии. — Стелла откинула за спину рыжевато-коричневые волосы, приложила к себе гранатово-розовую шелковую блузку и оглядела свое отражение в зеркале. — Как мне цвет? Идет же, правда?
— Великолепно, — кивнула Эрин, потому что цвет совершенно не шел к загорелой коже Стеллы.
— А еще я сказала ему, что он ублюдок, — как ни в чем не бывало продолжила Стелла свой разговор с Эми. — Просто не верится, что прошло полгода с его ухода. Ну кому в здравом уме могла прийти в голову мысль бросить меня? Что я сделала не так? Ведь у Фергуса нет ни капли привлекательности! Поэтому я не заслуживаю, чтобы со мной так обращались. Одиннадцать лет брака, и вдруг он встает и уходит, без всякого предупреждения. Ему повезло, что удалось заполучить меня. Некоторые мужчины так легко… обманываются.
— Ты ему говорила об этом? — спросила Эми.
— По меньшей мере миллион раз. Боже, он сводит меня с ума. Вчера я спросила, встречается ли он с кем-нибудь, но он продолжает повторять, что ни с кем. Вот пусть и не встречается, ему же будет лучше, это я точно говорю. Ой, как тебе идет! — воскликнула она, когда дверца кабинки распахнулась.
Эми покружилась, демонстрируя темно-синее платье от Николь Фари.
— Не слишком ли открытое для первого свидания? Я подумывала, не стоит ли поступить осмотрительно и просто надеть джинсы и маленький топ, но что, если он увидит меня в таком наряде и решит, что он мне не нравится?
— Не рискуй. Это то, что надо, — изрекла Стелла. — Бери платье. — Она повернулась к Эрин и сказала: — Сегодня Эми идет ужинать. С Джеком Лукасом.
— Ну и ну! Здорово!
— Я так нервничаю! — Глаза Эми сияли, когда она вертелась перед зеркалом. — Мне кусок в горло не полезет! Просто не верится, что все это на самом деле.
Эрин не понимала, почему той не верится: когда мужчина водит на свидание такое количество девушек, как Джек Лукас, едва ли найдется хотя бы одна, чье внимание ему не удалось завоевать. Фактически она, Эрин, являлась единственным существом женского пола, которое, как ей было известно, не удостаивалось такой чести. Однако она никогда к этому и не стремилась, ей было гораздо интереснее стоять сзади и наблюдать, как девушки, подобно мотылькам, летят на огонь, а потом обжигаются и падают.
Для женской части населения Роксборо это было практически главным времяпрепровождением.
— Я его беру, — сказала Эми, танцующим шагом возвращаясь в кабинку, чтобы снять платье.