Вовка подошел. Их окружили ребята.
— Скажите мне, подозрительная личность, вы, кажется, живете недалеко от лагеря?
— Два километра.
— А можно узнать, почему вы забыли о своем отряде?
— Я не забыл. Я просто очень занят.
— Чем, позвольте спросить?
— Я работаю над большим изобретением. Я, Леля… Я, понимаешь… Нет, ты ничего не понимаешь!
— Да, я не понимаю, — серьезно сказала Леля. — Я не понимаю, почему надо становиться отшельником, когда что-нибудь изобретаешь, почему не работать в техкружке над своим изобретением, почему надо отделяться от своих ребят, с которыми столько лет проучился. Ну, скажи мне, что это за изобретение?
Вовка оттянул резинку промокших оранжевых трусов и щелкнул ею себя по животу:
— Это тайна.
Ребята тихонько засмеялись.
Леля хотела удержать его, но он ушел, пообещав притти на-днях.
Прошло уже две недели, а Вовка не появлялся. Однажды на костре о нем поставили вопрос. Говорили, что он отошел от коллектива, говорили, что он увлекается всевозможными фантастическими проектами, и еще многое говорили и наконец постановили снарядить экспедицию для розысков Вовки, которая должна его доставить в лагерь для разговора. Экспедицию составили из Галки и меня, потому что мы самые близкие его приятели.
На другой день утром мы запаслись бутербродами и тронулись в путь. В двух километрах от лагеря было три поселка. Мы не знали, в каком из них живет Вовка. Но нам повезло: в первом же поселке, в саду, мы увидели развешанные на ветке березы оранжевые Вовкины трусы и тут же услышали голос его мамы.
Она издали закричала нам:
— Наконец-то пожаловали! Владимир у них целыми днями пропадает, а они даже носа не покажут!
Мы переглянулись с глупым видом. Я начал было:
— Как… а разве…
Но Галка ткнула меня в бок. Ничего не понимая, я замолчал.
— Что же он у вас там делает? — спросила Вовкина мама.
Галина, размахивая руками, понесла какую-то чепуху:
— Да-а… вообще… Вы же знаете… У нас там очень интересно… Игренные выгры… То есть, я говорю, военные игры и все такое вообще.
Вовина мама как-то странно на нас посмотрела. Она хотела угостить нас земляникой. Но мы поблагодарили ее и ушли.
По дороге в лагерь мы долго шли молча. Наконец Галина сказала:
— Факт! Вовка говорит родным, что он уходит в лагерь, а сам идет работать где-то над своим изобретением. Интересно…
Она не договорила. В конце просеки, по которой мы шли, показался Андрюшка. Он быстро семенил нам навстречу, оттопырив толстые губы и широко открыв большие глаза. У него всегда такой вид, когда он чем-нибудь озабочен. Он подошел к нам и сказал отрывисто:
— Вышел к вам навстречу. Получил письмо от Грушина.
Я взял у Андрюшки помятый конверт, вынул письмо и стал читать вслух:
Прочтя письмо, мы долго молчали. Потом Андрюшка проговорил:
— А вдруг опять ракетный двигатель?