— А может это быть фальшивым, наигранным?
— Ну–у, — протянул Уинтан, — люди бы так сыграть не смогли. Во всяком случае, с такой степенью достоверности. Хм, на следующем этапе операторы пойдут глубоко внутрь. Станет гораздо интереснее.
Вспыхнула радуга. Цвета были слишком насыщены и либо двигались бессмысленными потоками, либо застывали, обретая непонятные формы, что заставляло Даффолда ломать голову, что бы это могло значить. В результате мысленных упражнений он почувствовал себя не слишком комфортно. Потом ему в голову пришла идея, он повернулся и высказал ее Уинтану.
— Да, — ответил голос Уинтана, — не удивительно, что это заставляет вас думать о некоторых видах человеческого искусства. Мы проходим метафорический уровень, — он помолчал. — Как вы себя чувствуете?
— Слегка побаливает голова, — признался Даффолд, прислушавшись к собственному организму. — А что?
— Хм, на вас могло подействовать и таким образом. Закройте глаза на которое время. Я дам вам знать, если обнаружу что–то стоящее.
Даффолд послушно закрыл глаза. Теперь, когда его внимание переключилось на внутреннее созерцание, головная боль почти отступила. Он помассировал лоб кончиками пальцев. Уинтан продолжил свои пояснения:
— Ха, у парня совершенно не такая совокупность умственных структур, какую можно было бы предположить, принимая во внимание физическое сходство с человеком. Эта область коры головного мозга формируется, когда в зиготе[7] еще только развиваются визуальные центры. Это чисто зрительный опыт предков, предшествующий любым внешним визуальным раздражителям. В будущем это может стать — во всяком случае для людей — неиссякаемым источником искусства… и кошмаров, кстати, тоже, — он остановился, затем резко произнес: — Ага, Бушели что–то нашел! Смотрите, смотрите!
Даффолд открыл глаза. Внезапно его захватило ощущение настоящего ночного кошмара — будто что–то грубо выталкивает его из кресла, приподнимает и подбрасывает…
Ощущение прекратилось, и бархатная тьма возникла перед ним как неосязаемый щит. Он по–прежнему сидел в кресле. С превеликим трудом замминистра сделал вдох. Он не закричал только потому, что был не в состоянии издать хоть звук.
— О, святая Галактика!.. — все же выдохнул он.
— Успокойтесь, — тихо сказал Уинтан. — Я отключил вас.
— Так это же был кефф !
— Нечто, очень на него похожее, — возразил Уинтан, и Даффолд понял, что снова может видеть сотрудника Сервиса. Тот наблюдал за чем–то, отгороженным непосредственно от Даффолда неким непроницаемым экраном, и даже если психолог испытывал нечто похожее на ощущения Даффолда, то ничем этого не показывал. Через минуту он крякнул: — Оч–чень интересно, очень. А мы еще удивлялись поведению кеффа !
— А я–то думал, — произнес Даффолд, — что палайятчан этот бегемот не трогал.
Уинтан поглядел на партнера и сказал назидательно:
— Современных палайятчан, вы хотели сказать. Кстати, заметили бросающуюся в глаза условность изображения и его размер — огромный, как монумент на центральной площади Орадо–сити?
Даффолд уклончиво пробормотал, что был не в состоянии рассмотреть детали. Его по–прежнему раздражала собственная уязвимость.
— Мне показалось, что это кефф . Почему именно он оказался в сознании нашего парня?
— Образ, переданный наследственностью через поколения, — сказал Уинтан, — или я ничего не понимаю! А этот факт означает — вернее, должен означать — что когда–то у палайятчан не было иммунитета к… Ах, подождите!
— Что–то новенькое? — быстро спросил Даффолд.
Ему показалось, что Уинтан колеблется.
— Да, — сказал наконец психолог.
— Тогда подключите меня снова — не хочу пропустить самое интересное.
На миг Даффолда посетила мысль, что Уинтан пропустит его слова мимо ушей. А затем тьма перед ним начала рассеиваться.
Он смотрел на возникшую картину с совершенным непониманием. По всему телу пробежали противные мурашки.
— Что это?! — спросил он севшим голосом.
— Да уж, кое–что абсолютно новое! — тихо произнес Уинтан. — Мне кажется, Ваше Превосходительство, парни нашли фактор Икс!
На мгновенье Даффолду показалось, что он ничего не понимает. Перед ним парило бледное, круглое, невыразительное Нечто. В нем не было ничего материального, и это было ужасно — волосы на затылке Даффолда встали дыбом. Он поймал себя на мысли, что, если это изображение — проекция искомого результата поисков, то пси–машины озадачены не меньше, «…кое–что абсолютно новое», — кажется, так сказал Уинтан.
Спустя мгновение Даффолд осознал, что жуткое порождение подсознания Йуннана не одиноко. Справа и слева от него, подобно охотничьим собакам, окружающим настигнутую ими дичь, двигались два меньших по размерам световых пятна. Он не сразу понял, что это исследователи–люди. Они не отставали от своего подопытного кролика.
[7] Зигота — оплодотворенная яйцеклетка, из которой развивается новая особь.