За следующие несколько минут было еще два подобных звонка. Квиллан категорически отказывался от них в пользу продолжения флирта. Это было лестно в известном смысле. Она задалась вопросом, как так вышло, что много людей в этом зале знают Квиллана по имени.
Когда КомСеть сообщила об очередном, четвертом звонящем, в ее голосе послышался благоговейный трепет.
— Названное имя — леди Лайд Эрметайн! — сказала она.
Квиллан просиял.
— Лайд? Благослови ее доброе сердце! Радость–то какая! Да, пожалуйста, соедините меня с ней.
Экран сформировался прямо с правой стороны зеркала, и в нем возникло лицо Лайд Эрметайн.
— Хеслет Квиллан! — она сердечно улыбнулась. — Оказывается, ты еще не навсегда потерян для друзей!
У нее был приятный мелодичный голос, который полностью подходил к ослепительной внешности.
— Но только для настоящих друзей, — ответил Квиллан. Густые черные брови поднялись, и он преданно взглянул на собеседницу. — Я направляюсь в Мэнон по делам.
Она кивнула.
— По–прежнему интересуешься субпространственной инженерией?
— Угу, — подтвердил Квиллан, — но теперь это делаю в звании майора.
— Прими мои самые сердечные поздравления! Я всегда говорила, что твоя невероятная везучесть никогда тебя не покидает, — Лайд перевела взгляд на Триггер и снова улыбнулась приятной, легкой улыбкой, демонстрирующей белоснежные зубы. — Ты экранировал КомСеть, Квиллан?
— Экранировать КомСеть? — Квиллан выглядел удивленным. — Ах, ну конечно! — он протянул руку под стол, и дрейфующие посетители исчезли. — Продолжай, дорогая.
Лайд опять посмотрела на Триггер. Пристальным взглядом. У нее были прозрачные глаза, такие, как янтарь, или как белое вино, обрамленные длинными черными ресницами. Очень спокойные и умные.
Девушка непроизвольно напряглась.
— Простите мне мою неучтивость и прямоту вопроса, — сказала Лайд приятным грудным голосом, — но вы ведь Триггер Арджи, не так ли?
Рука Квиллана хлопнула о стол. Он посмотрел на Триггер и расхохотался:
— Лучше признайся, Триггер! Я же говорил тебе, что ты намного более популярна, чем представляешь себе.
* * *
— Ха, Брюл, — довольно произнесла Триггер, обращаясь к солидо–снимку, стоящему на подушке, — держу пари, что у тебя полезут на лоб твои синие глазищи, если узнаешь, кто пригласил меня на обед!
Брюл очаровательно улыбнулся.
Девушка лежала на кровати в своей каюте, положив подбородок на руки, глядя в синие глаза, до которых было не больше тридцати сантиметров, и абсолютно трезвым взглядом рассматривала возлюбленного.
— Майор Хеслет Квиллан, — произнесла она внезапно ледяным тоном, — совершенно невозможный тип!
Это была чистая правда и ничего больше. Она не особенно возражала, когда Квиллан отказался говорить ей о месте Лайд Эрметайн в списке подозреваемых, ибо там не было никакой возможности для приватной беседы. Но он и этот ужасный Белчиг Плули, все время перешучиваясь, били друг друга под ребра и хлопали по плечу, когда он и Триггер приняли приглашение Лайд и присоединились к ее компании, а потом Квиллан весело крикнул, что у него с Белчигом имеется один большой общий интерес — «ха–ха–ха!», и оба больших приятеля исчезли на целый час, чтобы посмотреть какую–то особую, не предназначенную для публичного просмотра даже в Инферно «Дон Сити», программу Безграничных Эмоций.
После того, как они ушли, Лайд улыбнулась.
— И после этого кто–то будет утверждать, что мужчины не эгоисты? — примиряюще сказала она.
Триггер думала так же. Кое–кому из мужчин она, как предполагалось, приходилась хорошим другом. Конечно, у Квиллана могло быть какое–нибудь задание, касающееся Плули, но должны же быть какие–то другие способы, чтобы его выполнить. И позже, когда она держалась с майором несколько холодновато, Квиллан грубо заявил: «Только не надо быть ханжой, куколка!»
Триггер запихала солидо–снимок под подушку, перекатилась на бок и уставилась в стену.
Естественно, личные привычки майора Квиллана ее не касались ни с какого боку. Проблема заключалась в том, что меньше чем через час Космический Скаут должен был забрать ее, чтобы повести в апартаменты Эрметайн на обед. Она задавалась вопросом, как ей нужно вести себя с ним в дальнейшем.