— Нам ещё многое предстоит сделать, — повторил Джерт, и в ответ не пришло никаких возражений.
— Да, многое, — согласился Равель, и бросил взгляд сквозь ряд кузнечных горнов на главную гигантскую печь, которая располагалась в центре задней стены зала. — И первое, что мы должны узнать, как разжечь эти печи, — он сделал это замечание с хитрым взглядом, намекая, что знал больше, чем показывал.
И это действительно было так.
— Источник находится поблизости, — сказала Береллип. — Должно быть, вместе с топливом…-
— Источник там, — сказал Равель, указывая на стену, возле большого кузнечного горна, на арку, которую они не исследовали, так как проход, о наличии которого она свидетельствовала, был замурован и опечатан.
— Откуда ты знаешь?
— Я — ткач заклинаний, — ответил Равель. — Вы же не думаете, что груда камней может преградить мне путь, ведь так?
Он сосредоточился на Тиаго, на самом важном из своей аудитории, и наблюдал, как молодой воин Бэнр, явно заинтригованный, переводил взгляд с арки на него снова и снова.
— Ты что, заставляешь нас ждать? — сердито спросила Береллип после многих мгновений, прошедших в молчании.
— Я боюсь, было бы неправильно объяснять, что лежит по ту сторону, — сказал Равель. — Соберём команду из гоблинов-землекопов для расчистки туннеля, это не долго, и давайте двигаться вместе, чтобы лучше оценить нашу удачу, — он взглянул на Джерта и кивнул, и мастер оружия немедленно удалился собирать рабов.
Когда неофициальное собрание закончилось, Тиаго пробрался к Равелю.
— Ты превзошёл ожидания, — сказал он тихо. — Не разочаруй, чтобы не вернуть бразды правления твоей сестре. Этого мы не можем допустить.
— Разочарую? — недоверчиво переспросил Равель. — За этой стеной находится Бог. Бог, пойманный в ловушку. Могущество Гонтлгрима.
Тиаго усмехнулся.
— Огненный зверь?
— Изначальный, — подтвердил Равель. — Огненный зверь, которого моя Верховная Мать определила, как источник катаклизма. И он действительно существует — прямо перед нами, заключённый в ловушку, как это было на протяжении тысячелетий, — он сделал паузу, и его улыбка стала ещё шире. — Так близко от волшебного кузнечного горна.
Взгляд Тиаго, его ответная улыбка, когда он смотрел на далёкий сводчатый проход, показали его высокую оценку этого момента. На всём Фаэруне оружие древнего Гонтлгрима считалось легендарным за мастерство изготовления и заключённую в нём силу. Даже те, кто отказывался признать существование этой известной по слухам родины дварфов, могли оспаривать только происхождение, но не чудо этих древних артефактов.
— Я получу первые два изделия мастера, созданные после нового запуска кузнечных горнов, — сказал Тиаго.
— Это было частью нашей сделки. Считай, ты уведомил меня, — ответил Равель с оттенком сарказма. — Я полагаю, твои слуги принесли необходимые материалы.
По-прежнему глядя на арку, на перспективу, молодой Бэнр кивнул.
— Если кто-то может считать Гол’фанина слугой.
Равель был шокирован!
— Гол’фанин?
— Ты отправился из Мензоберранзана к одной из самых знаменитых кузниц древнего мира. Пожалуйста, скажи мне, что ты, маг высокой репутации, слишком разумен, чтобы быть удивлённым этим откровением.
Положим, конечно, Тиаго был прав. Но Равель действительно был удивлён, больше планами отправиться в эту экспедицию на стороне Бэнр, чем тайным сопровождением одного из наиболее превосходных кузнецов Мензоберранзана. Внезапно ткач обнаружил, что подвергает сомнению каждую деталь этой экспедиции, даже то, что это было предприятие Дома Ксорларрин. Сколько влияния, сколько уловок приводит тут в действие Дом Бэнр?
— Ты понимаешь, что эта часть моего соглашения с тобой приведёт меня к большим затратам, — сказал Равель, когда ему удалось как следует успокоиться. — Я имею в виду Джерта.
— Ты понимаешь, что меня это не волнует, — последовал мгновенный ответ, ответ, несомненно, достойный Бэнров.
В камере стоял монотонный гул энергии, и волны жара поднимались из продолговатой шахты, которая занимала почти всё помещение. Тем не менее, этот жар подавлялся лёгкой дымкой пара в воздухе и низкой завесой тумана, который цеплялся за камни.
Стоя на краю этой впадины, Равель и другие не могли не оценить исключительную мощь зверя внизу: бурлящая, вздымающаяся изначальная сила пережёвывала камни в лаву и отрыгивала вверх сгустки тяжёлых шлаков.
Но не менее впечатляющим было сдерживание этого вулканического чудовища. Плотный и мощный водяной циклон вращался по сторонам шахты от кромки впадины вплоть до Изначального. Дополнительная вода постоянно стекала с высокого потолка, может и тонкими струями, но, без сомнения, сохраняя нетронутым равновесие в камере.