— Почему ты так считаешь? — спросил эльф.
— Потому что я кое-что узнала об этом следопыте Дриззте, — сказала Амбра. — У него есть проблема. У его друзей большая проблема. Проблема в мече, поэтому он отправился избавляться от меча.
— Он хочет спрятать меч в этом месте, в Гонтлгриме? — спросил Афафренфер.
Но Амбра, отвечая, повернулась к Глорфателю.
— Да, спрятать, — сказала дварфа с сарказмом, показывая, что у нее другое мнение на этот счет. — Так спрятать, что его уже никто не сможет найти.
— Следуйте за ними, — приказал Глорфатель, его голос стал мрачным, как только он понял, что имеет ввиду Амбра. — Я буду на связи с вами, — он шагнул в сторону другого черного портала Царства Теней, но задержался. — Херцго Алегни хорошо заплатит за сведения об их местоположении. Не сомневаюсь, сейчас он еще злее, и Дрейго Проворный даст ему все необходимое для выполнения этой задачи и возвращения меча.
Он пошел к порталу, но остановился и в последний раз оглянулся, обратив взор на Афафренфера.
— Ничего не делай против них, — предупредил он.
— Не сейчас, — согласилась Амбра. — Но будь уверен, когда Алегни их поймает, я со своим другом монахом будем рядом с ним.
— Я убью дроу, — снова поклялся Афафренфер.
— Мы там будем, — заверил их Глорфатель. — Я уже получил оплату от Эффрона, так что мы могли бы помочь в решающей битве.
Он кивнул и исчез, а вслед за ним рассеялся и портал.
— Если мы их поймаем и вернем меч, нас провозгласят героями, — сказал Афафренфер, как только они остались наедине.
Амбра положила руки на бедра, покачала головой и фыркнула.
— Ты просто не врубаешься, что ли? — спросила она.
Афафренфер скрестил на груди сильные стройные руки.
Амбра только рассмеялась и развернулась, чтобы уйти.
— На охоту? — с нетерпением спросил монах.
— Посмотреть, что можно найти стоящего на мёртвых шейдах, — поправила дварф. — И, быть может, когда ты увидишь, сколько их мёртвых там лежит, до тебя наконец дойдёт.
— Что дойдёт?
— Дойдёт, что я не намерена в ближайшее время лежать дохлой рядом с кем-то из них, — сказала дварф, и затопала прочь.
Дриззт, Далия и Энтрери прошли над линией горного хребта, глядя вниз на длинный и крутой спуск к области камней и валунов. Эльфы хорошо знали это место — с этого склона они спускались, чтобы вступить в битву с тэйцами Силоры Салм.
— Мы недалеко, — отметил Дриззт и указал вниз и влево.
— Недалеко от внешних туннелей, — поправила Далия. — Нам предстоит еще несколько часов идти пешком до Гонтлгрима, если, конечно, вход еще существует.
Из-за её боевого тона Дриззт посмотрел на нее в замешательстве, но понял, что не стоит спорить.
— Лучше держаться под землей, открыто идти по дороге рискованно, — сказал Дриззт.
— Ты боишься еще одного боя с нетерезами? — поддразнила Далия.
— Лучше покончить с этим, — пробормотал Энтрери и пошел, не оглядываясь.
Дриззт почувствовал себя полным дураком — и мог только предполагать, что Далия испытывает то же самое — Энтрери просто плюнул на нелепые препирательства любовников. Вражда и споры Дриззта с Далией явно были побочным результатом других разногласий между ними, а учитывая серьезность их миссии и то, что они уже приблизились к цели, поведение Энтрери заставило их обоих замолчать. Они были рядом с Гонтлгримом, рядом с исконным, они приблизились к уничтожению Когтя Харона, что означает конец порабощения Артемиса Энтрери, ценой его жизни.
Разве можно ставить мелкие ссоры Дриззта и Далии на один ряд с этим?