- Прости, что? - меня оскорбила мысль быть кем-то помеченной. Хотя, я понятия не имела, что это. И сам процесс явно никак на мне не отразился и уж тем более, никоим образом не навредил.
- В данном случае, метка - это способность общаться без слов, - объяснил он, нахмурив брови.
- И это значит... что это значит? Я спасительница души, которая тебе не нужна?
- Почему не нужна?- сказал он, пожав плечами, будто сам с собой спорил, - у других моравских они есть. Почему у меня не должно быть? Просто я этого не ожидал.
Его медленная улыбка вызвала во мне дрожь, затем он, не обращая внимания на Кору, подошел и притянул меня к себе.
- Поцелуй меня.
- Чего?
- Эй!- завизжала Кора, впечатавшись в заднее сиденье,- слезь с меня, кровожадный упырь!
- Поцелуй меня, почувствуй мой язык, - потребовал Эйвери, пытаясь притянуть меня через Кору. Ремень безопасности не позволил ему схватить меня крепче.
- Боже, я знала! Знала! Он пытается залезть тебе в трусики! Прямо сейчас! При мне! - визжала Кора, шлепая его по рукам.
- Успокойся женщина!- пригрозил Эйвери, нетерпеливо расстегивая ремень, затем проделав тоже самое с ремнем Коры. Она даже взвизгнуть не успела, как он посадил ее к себе на колени.
- Если думаешь, что лапая мою сестру, возбудишь во мне желание подарить тебе французский поцелуй, тебе стоит задуматься, я не делюсь своим мужчиной ни с кем, - сказала я ему строго.
Он закатил глаза, прыгнул на место Коры, а ее швырнул на его сиденье у окна.
- Поцелуй меня. Это третья ступень.
- Третья ступень чего?
- Воссоединения. Поцелуй меня, черт возьми!
- Зачем? - спросила я подозрительно, хотя меня переполняло желание выполнить все требования, а близость его тела обжигала и заставляла чувствовать себя истинной женщиной, не смотря на то, что я была в рабочей одежде.
- Чтобы убедиться,- ответил он и поцеловал меня.
- Вот где огнетушитель, когда он так нужен?
Я слышала как визжит Кора, но приглушенно, как-будто она находилась очень далеко. Все мои чувства, все внимание было сфокусированно на Эйвери: Эйвери и его губах, Эйвери и его мускулистой груди, Эйвери и его горящих огнем пальцах, когда он дотрагивался ими до моей шеи. Но ярче всего я чувствовала его присутствие в моей голове, будто я была им. Я была переполнена всевозможными эмоциями, не моими, от возбуждения до удивления, до глубокого, обжигающего голода, который разрывал на кусочки.
Это было его удовлетворение, от того, что он вкусил меня, я изумилась и почувствовала, как растет мое удовольствие. Наши эмоции словно переплетались, питая друг друга, отдавая друг другу растущее возбуждение. Невероятный чувственный танец...
«Я думала ты не голоден»
«Не был. А сейчас да»
«Так значит ты... Эй! Это не голод!»
Мои мысли наполнились эротическими картинками.
«Иисусе, последнее явно запрещено законом».
«Нет, но следовало бы».
Я стонала и извивалась в его руках, пока он ласкал мне шею, внезапно обнаружил эрогенную зону, и начал ласкать грудь.
«Невероятно»
«Знаю. Понятия не имела, что мужчины чувствуют такое, когда целуют меня. А что если я сделаю вот так?»