Улита. Что удивительно?
Карп. При ваших таких летах…
Улита. Каких таких? Вы на моих крестинах не были. Нечего вам говорить-то, я вижу.
Карп. Вас от разговору моего не убудет.
Улита. Сидите тут, как филин, да прибираете, что в голову придет.
Карп. Стало быть, я вам здесь мешаю?
Улита. Это к чему еще? Напрасно вы так обо мне понимаете!
Явление третье
Счастливцев. Честная компания!
Улита. Милости просим!
Карп. Ваш спит?
Счастливцев (садясь). Кто его знает!
Улита. Вы долго у нас прогостите?
Счастливцев. Что нам здесь делать!
Карп. А следовало бы. Порядок другой: вот давеча Иван Петров сейчас деньги отдал.
Улита. Конечно, мужчина.
Карп. А барыне где же! Добрые люди прикупают, а мы все продаем. Что одного лесу продано, что прочего! Набьет барыня полну коробку деньгами и держит их, и гроша никто не выпросит; а тут вдруг и полетят тысячи, и полетят.
Счастливцев. Разве летают?
Карп. Летают.
Улита. Все бедным да родственникам.
Счастливцев (не слушая). Вот бы поймать.
Карп. Да и ловят.
Улита. Все бедным да родственникам.
Карп. Как не родственникам!
Улита. А кому же, по-вашему?
Карп. Знаем мы, кому.
Улита. Вы бы стыдились хоть при посторонних-то!
Карп. Что его стыдиться! Он наш брат, стало быть, чего же…
Улита. Кажется, уж про нас на всю губернию известно, об нашей примерной жизни.
Карп. Я про деревню и не говорю; вот разве что дальше будет. А в Петербурге, а в Москве?