Подхалюзин. Сто целковых-с!
Устинья Наумовна. Как так сто целковых? Да ты мне полторы тысячи обещал.
Подхалюзин. Что-о-с?
Устинья Наумовна. Ты мне полторы тысячи обещал.
Подхалюзин. Не жирно ли будет, неравно облопаетесь?
Устинья Наумовна. Что ж ты, курицын сын, шутить, что ли, со мной вздумал? Я, брат, и сама дама разухабистая.
Подхалюзин. Да за что вам деньги-то давать? Диво бы за дело за какое!
Устинья Наумовна. За дело ли, за безделье ли, а давай, — ты сам обещал!
Подхалюзин. Мало ли что я обещал! Я обещал с Ивана Великого прыгнуть, коли женюсь на Алимпияде Самсоновне, — так и прыгать?
Устинья Наумовна. Что ж ты думаешь, я на тебя суда не найду? Велика важность, что ты купец второй гильдии, я сама на четырнадцатом классе сижу, какая ни на есть, все-таки чиновница.
Подхалюзин. Да хоть бы генеральша — мне все равно; я вас и знать-то не хочу, — вот и весь разговор.
Устинья Наумовна. Ан врешь — не весь: ты мне еще соболий салоп обещал.
Подхалюзин. Чего-с?
Устинья Наумовна. Соболий салоп. Что ты оглох, что ли?
Подхалюзин. Соболий-с! Хе, хе, хе…
Устинья Наумовна. Да, соболий! Что ту смеешься-то, что горло-то пялишь!
Подхалюзин. Еще рылом не вышлн-с в собольих-то салопах ходить!
Явление третье
Устинья Наумовна. Что ж это вы в самом деле — ограбить меня, что ли, хотите?
Подхалюзин. Что за грабеж, а ступайте с богом, вот и все тут.
Устинья Наумовна. Уж ты гнать меня стал; да и я-то, дура бестолковая, связалась с вами, — сейчас видно: мещанская-то кровь!
Подхалюзин. Так-с! Скажите пожалуйста!
Устинья Наумовна. А коли так, я и смотреть на вас не хочу! Ни за какие сокровища и водиться-то с вами не соглашусь! Кругом обегу тридцать верст, а мимо вас не пойду! Скорей зажмурюсь да на лошадь наткнусь, чем стану глядеть на ваше логовище! Плюнуть захочется, и то в эту улицу не заверну. Лопнуть на десять частей, коли лгу! Провалиться в тартарары, коли меня здесь увидите!
Подхалюзин. Да вы, тетенька, легонько; а то мы и за квартальным пошлем.
Устинья Наумовна. Уж я вас, золотые, распечатаю: будете знать! Я вас так по Москве-то расславлю, что стыдно будет в люди глаза показать!.. Ах я, дура, дура, с кем связалась! Даме-то с званием-чином… Тьфу! Тьфу! Тьфу! (Уходит.)
Подхалюзин. Ишь ты, расходилась дворянская-то кровь! Ах ты, господи! Туда же чиновница! Вот пословица-то говорится: гром-то гремит не из тучи, а из навозной кучи! Ах ты, господи! Вот и смотри на нее, дама какая!
Олимпиада Самсоновна. Охота вам была, Лазарь Елизарыч, с ней связываться!
Подхалюзин. Да помилуйте, совсем несообразная женщина!
Олимпиада Самсон овна (глядит в окно) Никак тятеньку из ямы выпустили — посмотрите, Лазарь Елизарыч!
Подхалюзин. Ну, нет-с: из ямы-то тятеньку не скоро выпустят; а надо полагать, его в конкурс{121} выписывали, так отпросился домой… Маменька-с! Аграфена Кондратьевна! Тятенька идет-с!