Устинья Наумовна. Чего робеть-то? Только смотри: две тысячи рублей да соболью шубу.
Подхалюзин. Говорю вам, из живых сошьем. Уж что толковать!
Устинья Наумовна. Ну, прощай, изумрудный! Побегу теперь к жениху. Завтра увидимся, так я тебе все отлепартую.
Подхалюзин. Погодите! Куда бежать-то! Зайдите ко мне — водочки выпьем-с. Тишка! Тишка!
Ты смотри, коли хозяин приедет, так ты в те поры прибеги за мной.
Явление восьмое
Тишка (садится к столу и вынимает из кармана деньги). Полтина серебром — это нынче Лазарь дал. Да намедни, как с колокольни упал, Аграфена Кондратьевна гривенник дали, да четвертак в орлянку выиграл, да третевось хозяин забыл на прилавке целковый. Эвось, что денег-то! (Считает про себя.)
Тишка. Что там еще?
Был, да весь вышел!
А я почем знаю; нешто он у меня спрашивается! Вот кабы спрашивался, — я бы знал.
Фоминишна. Да ведь Самсон Силыч приехал, да никак хмельной.
Тишка. Фю! попались!
Фоминишна. Беги, Тишка, за Лазарем, голубчик, беги скорей!
Аграфена Кондратьевна (показывается на лестнице). Что, Фоминишна, матушка, куда он идет-то?
Фоминишна. Да никак, матушка, сюда! Ох, запру я двери-то, ей-богу, запру; пускай его кверху идет, а ты уж, голубушка, здесь посиди.
Поди, батюшка, поди усни, Христос с тобой!
Большов. (за дверями). Да что ты, старая карга, с ума, что ли, сошла?
Фоминишна. Ах, голубчик ты мой! Ах, я мымра слепая! А ведь покажись мне сдуру-то, что ты хмельной приехал. Уж извини меня, глуха стала на старости лет.
Явление девятое
Большов. Стряпчий был?
Фоминишна. А стряпали, батюшка, щи с солониной, гусь жареный, драчена.
Большов. Да ты белены, что ль, объелась, старая дура!
Фоминишна. Нет, батюшка! Сама кухарке наказывала. Большой. Пошла вон! (Садится.)
Фоминишна (возвращаясь). Ах, я дура, дура! Уж не взыщи на плохой памяти. — Холодной-то поросенок совсем из ума выскочил.
Явление десятое
Большов. Убирайся к свиньям!
(К Тишке.) Что ты рот-то разинул! Аль тебе дела нет?
Подхалюзин (Тишке). Говорили тебе, кажется!
Большов. Стряпчий был?
Подхалюзин. Был-с!