Пахомов (с убедительностью). Ей-богу, не оборачивался; что хотите делайте, не оборачивался; вот в стену — в стену точно что оборачивался.
Расплюев (с жаром). А!.. Вот оно!..
Ох. Каким образом?
Пахомов. А вот сойдет с лестницы — ну — иное дело — случится — в стену и обернется!
Расплюев. В стену?.. Что ж тебе так это и видно?
Пахомов. Как же, ваше благородие, мне так это и видно.
Расплюев. Что ж тебе видно?
Пахомов. А что лица-то не видно.
Расплюев. Так тебе видно, что лица не видно?
Пахомов. Да-с.
Расплюев. А где же лицо?
Пахомов. А в стене.
Расплюев (с жаром). Ай, ай, — а велика ли стена?
Пахомов. Как есть наша стена.
Расплюев. Фу-ты, боже мой!.. Длина?
Пахомов. Двадцать пять сажен.
Расплюев. Вышина?
Пахомов. Пять сажен.
Расплюев (Ванечке). Пиши!! (К публике.) Так вот мороз по всему и ходит. (Оху.) Изволите видеть, ваше высокородие, необыкновенно.
И какое согласие показания с Брандахлыстовою-то!.. Два свидетельские показания — полное доказательство!!
Ох. Да, да! (Ванечке.) Составь журнальное постановление, — а дворника под арест.
Пахомов (на коленях). Ваше высокородие, — не погубите!..
Ох. Ни, ни. Нельзя, любезный.
Пахомов. Помилуйте, сударь, кто же будет улицу месть?
Ох. А у тебя есть жена?
Пахомов. Как жены не быть; жена есть.
Ох. Ну жена и выметет.
Пахомов. Где ж ей месть, — она не выметет.
Ох. А городовой придет, — да палку возьмет, вот она и выметет.
Пахомов. Ну разве городовой палку возьмет.